— По следу, который оставили похитители, можно судить лишь о том, что это были Посвященные. Но кто именно…
— Рыков!
— Поскольку Рыков в Рязани, мог и он. Но вполне может быть и Юрьев, и Мурашов, и любой из Девяти.
— Нет, это Рыков, я чую. Есть неплохая идея: выйти на его жену, детей и других родственников, захватить и предложить обмен.
— Бедный ты мой, - покачала головой вернувшаяся Ульяна. - Видно, тебе действительно досталось.
— Это война, - с обидой возразил Василий, - а на войне допускаются любые приемы. К тому же начали не мы. Вот детей действительно жалко.., если они у Рыкова имеются. Не годится моя идея, предлагайте свои.
— Идея вообще-то классная, - добродушно проговорил Иван Терентьевич. - Только осуществить мы ее не сможем, нет времени. - Он задернул в комнате шторы, шагнул в зал. - Пойду осмотрюсь, покалякайте пока.
— А нас те наблюдатели снаружи не прослушают?
— Я принял меры.
Василий и Ульяна остались одни, поглядывая друг на друга, словно их только что познакомили. Потом задумчивая Ульяна тихо прочитала двустишие:
Но почему мы клонимся без сил,
Нам кажется, что кто-то нас забыл…
— Чье это? - Василий принял позу горы, перешел на медленное и глубокое дыхание. - Бальмонт?
— Гумилев, «Потомки Каина».
— Ты думаешь о нем? О Самандаре?
— Какой ты проницательный, Никифорович, прямо спасу нет. А вообще.., о нем. Я остыла и поняла, что ненавидеть его нельзя. Вахид изменился.., и мне его жаль.
— Относись к нему как хочешь, но я не прощу никогда! - угрюмо сказал Василий, сбился с ритма и тут же усилием воли задавил закипающий гнев. - Впрочем, если ты готова его простить…
— Я готова его понять.
— Может быть, и я его понимаю, но никогда не смогу принять!
— Ты еще слишком молод, воин.
— Естественно, ведь мой конь рыж, - усмехнулся Василий. - А ты что ж, давно скачешь на вороном?
Ульяна посмотрела на него с интересом, потом поняла: он имел в виду всадников Апокалипсиса. Первый всадник ехал на белом коне в короне и с луком и олицетворял Рождение. Второй ехал на рыжем коне с мечом и олицетворял Юность. Всадник на вороном был Зрелостью, а на белом - представлял собой Смерть.
— Нет, мне столько лет, на сколько я выгляжу, - серьезно проговорила девушка. - А Посвященной я стала благодаря Светлене, спутнице-двойнику инфарха, когда она выбрала меня авешей, проводником в нашей земной реальности. Потенциал у меня был, эзотерикой я увлекалась с детства, но если бы Светлена в качестве матрицы не выбрала меня…
— Извини, я не хотел уточнять. Просто изредка мне казалось, что ты намного старше.
— Это печать знаний, Васенька, которые здорово изменяют психику людей. Я ведь по сути ведьма. Не боишься?
Василий снова сбился с ритма дыхания. Ульяна засмеялась, подошла к нему, поцеловала и тут же убежала, не отвечая на его красноречивый вопросительный взгляд. Однако вернулась тотчас же вместе с Парамоновым.
— Положение осложняется, - сказал Иван Терентьевич. - Во-первых, наш дом находится в поле зрения одного из Посвященных высокого уровня. Во-вторых, мы окружены двумя цепями конкурирующих подразделений.
— Вы точно знаете? - усомнился Василий. - Насчет конкурирующих?
Чувствовал он себя еще не настолько хорошо, чтобы свободно входить в состояние меоза и держать темп.
Парамонов и Ульяна переглянулись.
— Первая цепь - это федералы из «Витязя» и «Руслана», общая численность группы - человек двадцать. Вторая цепь - чья-то зомби-команда, скорее всего того самого Посвященного.
— Тогда это неплохо, - пробормотал Василий, проваливаясь в яму слабости. - Есть шанс натравить их друг на друга. Но мне надо время для восстановления, хотя бы час.
— Ну, я считаю, они вряд ли пойдут в атаку сейчас, днем, - рассудил Парамонов. - Будут ждать сумерек. Восстанавливайся, мы тебя предупредим заранее, если они зашевелятся. Но все равно мы должны наметить какой-то план маневра.
— План прост. - Василий с трудом преодолел новый приступ слабости, стараясь выглядеть достойно. - Уля уходит одна. Я отвлекаю эту банду. Вы забираете контейнер и уходите огородами к Котовскому. Встречаемся в Норвегии в условленном месте.
Иван Терентьевич улыбнулся, Ульяна засмеялась, но тут же стала серьезной:
— Хотя ты у нас и стратег, но я предлагаю другой план. Я отвлекаю Посвященного, а вы с Иваном Терентьевичем уходите с оружием.
— Пожалуй, - кивнул Парамонов. - План не идеален, но лучшего нет.
— Но она женщина! - воскликнул Василий.
— Ты всегда такой наблюдательный? - насмешливо проговорила Ульяна. - Я Посвященная, мне не обязательно владеть рукопашным боем.
— Все равно, этот вариант не пойдет! - твердо заявил Вася. - Посвященного будете отвлекать вдвоем. Возьмете контейнер, но пустой. Пусть думают, что оружие у вас. Я же переложу «глушаки» в сумку и уйду другим путем.
— Василий Никифорович, это не…
— И без возражений, - тихо добавил Василий. - Дайте мне только час времени. В половине шестого я буду готов.
