– О, да, вполне. Хватило бы и полдюжины, но я хочу быть уверен, что замок Илль-Хэвен падет.
Синие литопсы на глазах бледнели и сморщивались, а змейки толстели и удлинялись. Первая насосалась, напоминая по виду сардельку, а по цвету перезрелый огурец, и упала с легким стуком на поддон. Она увеличилась чуть ли не втрое.
– Думаете, брат Стур справится?
– О да, болван закинет наших красавиц в замок, и они его прогрызут за сутки до дна, – довольно ответил первый. – Аллас, соберешь остальных и положишь в корзинку.
– Да, отец Певериль. А если он догадается, что несет не портальный артефакт?
– С чего бы ему догадаться? Никто и никогда не видел наших червячков в виде личинок. Не трусь!
– Я не трушу. Неспокойно мне. Драконы все-таки.
Первый пренебрежительно фыркнул.
– Я лично отсылал приглашения и выбрал самого несносного, жестокого и подлого дракона, Игнис – настоящий позор рода, так что никто не придет ему на помощь и не поддержит. А наши червячки свидетелей не оставляют, сам знаешь. Сокровищница Илль-Хэвена будет нашей.
Второй поежился, глядя на отваливающихся личинок.
– Сколько они будут в стазисе?
– Думаю, двое-трое суток, потом вылупятся уже ядовитые и половозрелые, и ужасно голодные! – рассмеялся первый. Похлопал по плечу второго и ушел вовнутрь. Отец Аллас, шепча молитвы, стал укладывать твердые личинки в свой сосуд. Собрал всех, осмотрелся, сделал обережный круг и тоже ушел.
Делать нечего, не сидеть же мне тут до следующего кормления тварей! Я вылезла из кадки, отряхнулась, подхватила лейку и прошла в комнату. Скорее холл, кроме двух узких диванчиков и картины на стене, он был пуст. Из холла широкий коридор шел вправо и влево. По идее, если нет лестницы посредине, то она должна быть и там, и там. Свернула вправо, помахивая лейкой.
Лестница действительно нашлась, и я спокойно спустилась на первый этаж. Тут везение кончилось.
– Ты! – из двери вышел чернорясный охранник и ткнул пальцем.
– Мне велели наполнить лейку и отнести наверх, – пропищала, старательно глядя под ноги.
– Новенькая, что ли? Я тебя раньше не видел, – жесткие пальцы ухватили меня за подбородок.
– Да будет тебе, Орм, пусть идет. Иди сюда, я покажу, где набрать воды, – вышел второй охранник. – Хочешь, чтоб отец Певериль скормил тебя своим плотоядным цветочкам?
– Девка подозрительная! – упорствовал первый. – Наверх никому нельзя!
– Мне отец Певериль приказал! – Прошептала я, чувствуя, как кружится голова.
– Видно, первый раз, они все зеленые выползают из оранжереи, – сердобольный охранник поддержал меня. – Дай ей глоточек из фляжки!
К моим губам прижалось что-то твердое и я глотнула. Жидкий огонь пробежал по горлу, я закашлялась.
– Во, ожила, – засмеялся охранник. – Иди, девка, нечего прохлаждаться.
– Спасибо, – пробормотала я, мечтая о глотке воды.
Воды мне предоставили целый фонтан! Вернее, мраморную длинную ванну, в которую текли струи воды из драконьих пастей. Открытый холл с колоннами и мраморной ванной, над которой стояла водяная взвесь. Я сразу почувствовала себя лучше, напилась и умылась. Наполнила лейку, ибо охранник продолжал маячить рядом.
– Тебе туда, – указал он в сторону проема. За ним синело небо и росли густые кусты.
– Господин, а можно рыбок посмотреть? Мне сказали, тут рыбки, – я заискивающе улыбнулась.
Охранник рассмеялся.
– Это не рыбки, дуреха, а сторожа! Сожрут любого, кто попытается проникнуть с той стороны.
– А как же заходить? – Захлопала глазами. Амплуа дурочки мне определенно удавалось, потому что охранник снизошел, чтоб объяснить.
– Там мостик есть подвесной, хрустальный.
Но полюбоваться хрустальным мостом мне не довелось.
– Хинц! – заорал бдительный Орм. – Хватит лясы точить!
– Служба, – расправил плечи Хинц.
– Спасибо огромное! – я подхватила лейку и засеменила, куда указали.
В сторону оранжереи отца Певериля. А он, видно, в Обители главный садовник, маг-экспериментатор и заводчик породистых червей. Которыми Обитель держит в страхе остальные миры. Вот Иоганн Мендель, основатель генетики, тоже в монастыре жил и занимался хозяйством. Очень был глубоко образованный человек, а экзамен по биологии сдать не смог, его с его опытами на смех подняли. Ну, кто-то горохом занимался, кто-то червяками. Только один об урожайности думал, чтоб народ не голодал, а отец Певериль – о чужих сокровищах и власти над мирами.
Под сводом зеленых лиан было сумрачно, жарко и влажно, как в бане. Будто выходишь из самолета в Таиланде, и сразу со всех сторон тебя окружает удушающая жара и запах перца. Немелодично вопили птицы.
Я вяло тащила тяжелую лейку по светлой галечной дорожке, высматривая пути отхода. Но взгляд натыкался только на узловатые стволы и мясистую зелень. Кое-где мелькали серые облачения послушниц, девушки пололи, рыхлили, поливали. Чтоб не выделяться, полила несколько гадких вонючих растений. Они заметно оживились, а одно шустро выпустило зеленый усик, пытаясь обвить мою ногу. Отскочила, помня, что цветочки тут плотоядные.
За лианами кто-то энергично захлопал в ладоши.
– Девушки! Кончаем работу! – скомандовал знакомый голос отца Алласа.
