Слышу только возню и их спор с охранником. Кажется, это длится вечность, но хвала Богам, в какой—то момент парни один за другим перепрыгивают через забор.
На то, чтобы облегченно выдохнуть времени мне не дают. Теперь уже Руслан тащит меня к велосипедам.
– Где вы были, блин? – вопит Альбина, которая ждет его.
– Сядь, – рявкает Руслан ей, поднимая свой велик.
– Поехали, Дашка, – торопит Славик.
Как мы садимся и уезжаем отсюда я практически не замечаю. Все проносится, как кадры кинопленки. Молниеносно, размыто. Сердце мое, загнавшись, тарабанит в ребра, руки мелко дрожат, пока я вжимаюсь в спину Славика. Мне кажется мы едем так быстро, как никогда.
Я оборачиваюсь, все время ожидая, что за нами погонятся, но этого не происходит.
Ну его к черту этот лагерь. Больше я сюда не ногой. Хотя думаю, ребятам теперь тоже проход сюда заказан. И снова из—за меня.
Что ж я такая неудачливая?
– Заходите.
Вхожу в квартиру и жду, пока войдут парни.
– Уверена, что это хорошая идея? – спрашивает Слава, с опаской оглядываясь, будто в любую секунду могут появиться мои родители.
– Ну, конечно. Лучше сейчас привезти вас в порядок, чем вы пойдете так домой.
– Ничего мне не будет, – в своей равнодушной манере говорит Руслан.
– А мне будет еще как, – выдыхает Славик.
Хотя на самом деле, пострадал больше Руслан. У Славы только кулаки счесаны и небольшая гематома на скуле. Футболку же Руслана, скорее всего, придется выбросить. Её порвали сбоку. О том, что у него разбита губа я вообще молчу. Мне даже смотреть на него больно. Кровь уже запеклась и не течет, но появилась припухлость.
– Заходите. Я сейчас принесу аптечку.
Отправляюсь в родительскую комнату, и достаю из антресоли коробку с медицинскими препаратами.
Когда возвращаюсь обратно, слышу, как Славик присвистывает.
– Живут же люди. Я такую музыкальную систему только по телеку видел.
– Твой центр не хуже. Музыка что там что там одинаково играет, – отвечает Руслан.
– Не скажи. Здесь, должно быть, звук намного круче.
Ребят я нахожу в гостиной. Руслан сидит на диване, откинув на спинку голову, а Славик ходит вдоль стенки, рассматривая систему.
– О, Дашка, – замечает меня, – где вы такую достали? Она же стоит, наверное, как моя почка?
– Думаю, твоя почка дороже, – улыбаюсь, опускаясь на диван рядом с Русланом, – отцу привозят, я же рассказывала. Он такими здесь тоже торгует.
И будто услышав, что разговор зашел о нем, мне звонит папа.
Мысленно благодарю провидение за то, что я уже дома.
Достав из испачканной землей и пылью сумки телефон, прикладываю палец к губам, показывая ребятам, чтобы вели себя тихо, и только после этого отвечаю на звонок.
– Да?
– Дарья, ну как ты?
– Всё хорошо, пап, – щебечу в своей обычной манере, стараясь сильно не переигрывать, – читаю книгу.
– То есть уже дома?
– Да.
– Хорошо. А то мать волнуется.
– Не надо. Отдыхайте. У меня все в порядке.
– Умница, дочка. Ты тоже долго не засиживайся. Спокойной ночи.
– И вам, пап.
Сбросив вызов, откладываю телефон за спину и достаю из коробки перекись водорода и вату.
Поднимаю взгляд, еще раз оценивая масштаб повреждения губы Руслана и снова испытываю укол боли.
Это же оно теперь дня три сходить будет, не меньше. А то и больше.
Смочив ватку, протягиваю ему.
– Сам, или помочь?
– Сам, – отобрав её у меня, Руслан прикладывает к ране и морщится.
Я на автомате делаю тоже самое. Щиплет ведь.
Бедный.
– Даш, и мне дай, – диван прогибается под весом Славика, который садится от меня с другой стороны.
Вручаю и ему кусочек ваты с перекисью.
С шипением он обрабатывает себе счесанные костяшки пальцев.
– Вот уроды, да? – произносит со злостью.
– Они давно на нас зуб точат, – отвечает Руслан. – Это было ожидаемо. Только я так и не понял, Дашка. Зачем ты пошла с ним?
Закусив губу, устремляю взгляд на содержимое коробки.
Хороший вопрос…
Дурочка, потому что. Отвечаю мысленно про себя.
Не говорить же, что я сделала это на зло ему, правда?!
Тогда я буду выглядеть полной идиоткой, коей собственно и являюсь. Но уж лучше пусть об этом буду знать только я.
– Я немного устала, присела отдохнуть, а этот Саша предложил пройтись и провести мне экскурсию по лагерю, – надеюсь, мои уши не краснеют от вранья, – Ну, я же не знала, что в экскурсию входит не только осмотр достопримечательностей.
– И что? Он полез к тебе? – в голосе Славы слышатся металлические нотки.
– Ну, да. Я отказалась. Он начал лезть более настойчиво, а я не люблю, когда так делают. Пришлось наступить ему на ногу и оттолкнуть. Он разжал руки, и я упала. Ну, а потом примчались вы, мои Чип и Дейл, – стараюсь немного сбить напряжение и с благодарностью смотрю по очереди на ребят. – Не знаю, что бы я без вас делала?!
– Дурочка ты, Дашка, – ругает Слава, – кто ж в незнакомом месте уходит с незнакомым парнем?
Пожимаю плечами.
– Я же не знала, что есть какое—то негласное правило о том, что в лагерь ходят только целоваться.
– Нет такого правила, – грубо отвечает Руслан.
– Тогда почему он ждал этого от меня?
– Да потому что наши девчонки их так приучили, – говорит Славик, – вот он и решил, что ты такая же.
