Напротив сидели Докхун и Ванбэ, смотревшие на него с явным беспокойством.
– Ты… в порядке? Никто не заботится о госпоже Хэён больше, чем ты, – попытался подбодрить его Ванбэ.
– Проблема в том, что она этого не понимает!
Докхун и Ванбэ тихо перешептывались:
– Слушай, а он же обещал, что отдаст нам свои альбомы, если с госпожой Хэён все сложится?
– Думаешь, теперь не отдаст?
Тосок сжал кулак так сильно, что его пальцы побелели, и с силой ударил по столу.
– Может, мне вернуться к Синодзаки-сану? – пробормотал он, доставая из-за пазухи сборник с весенними картинками и сжимая его дрожащей рукой.
– Я отправлюсь в Японию! Там я найду свою любовь!
– Как ты собираешься туда добраться?
– Вплавь!
Тосок растянулся на полу таверны и начал двигать руками, словно пытаясь плыть. Докхун и Ванбэ пытались его остановить, но безуспешно.
– Госпожа Хэёо-о-он! Почему вы не замечаете любви, которая так близко?! Как вы жестоки!
– Простудишься.
Соран вздрогнула и обернулась. Тем, кто накинул ей на плечи турумаги, оказался не кто иной, как Синвон.
– Ой, ты меня напугал. Что ты здесь делаешь?
– Просто жду.
– Чего?
– Пока звезды взойдут.
Синвон не стал задавать никаких вопросов: ни почему Соран вышла из купальни мокрая с головы до ног, ни почему спешила, словно убегала.
– Спасибо, Синвон. Ты ведь примчался так далеко, чтобы спасти меня. Правда, спасибо.
– Нет, я не должен был вообще допустить этого.
Синвон мягко притянул Соран к себе и обнял. Она слегка удивилась и попыталась отстраниться, но…
– Прости. Мне правда очень жаль.
Он говорил так искренне, что Соран не смогла оттолкнуть его.
– Нет, это не твоя вина. Просто у меня судьба такая.
Соран посмотрела Синвону прямо в лицо и тихо прошептала:
– Не вини себя, ладно?
Синвон снова склонился и уткнулся лицом ей в плечо.
– Хорошо, когда можно довериться.
– Ты, наверное, сильно устал? Тебе многое пришлось пережить, Синвон.
– Соран, я хочу, чтобы ты была моей… возлюбленной.
На миг у Соран перехватило дыхание. Что? Возлюбленной?
– Не женщиной короля, а моей возлюбленной.
– Синвон…
– Я хочу довериться тебе. Хочу быть с тобой откровенным. Хочу рассказать о том, как разрывалось мое сердце, когда тебя похитили. О том, как безумно боялся за тебя, глядя, как ты говоришь с разбойниками. О том, как ненавидел себя, глядя на то, как ты заходишь в купальню, а я не мог тебе помешать. Я чувствовал себя таким беспомощным.
Сейчас Синвон был честен – в отличие от короля Ли Хона, который до сих пор не был уверен в своих чувствах, Синвон, со щемящей болью в груди, полностью открыл перед Соран душу.
– Ты ведь снова оттолкнешь меня. Скажешь, что мы можем быть только друзьями.
В каждом его слове чувствовалась боль, идущая от самого сердца. Соран не нашлась с ответом.
– Бывает ли так, что видишь кого-то, а все равно скучаешь?
Однако ни одно слово не могло помочь Синвону завладеть ее сердцем. В его голосе звучала тоска, которую невозможно было утолить.
– Хотелось бы найти хоть какую-то ниточку, которая удержала бы тебя рядом. А не это ничего не значащее слово «друзья».
Чувства, которые она не могла принять, искренность, на которую не могла ответить… Соран почувствовала, как боль пронзила ее сердце. Она сожалела. Очень сожалела. Она снова посмотрела на Синвона. Нужно сменить тему, срочно.
– А что с расследованием? Ты ведь собирался выяснить, откуда те серьги?
– А, да. Мы нашли того, кто их купил, – ответил Синвон на удивление спокойно.
– Кто же?
– Госпожа Со Унчжон, супруга господина Е Хёнхо.
Соран не поверила своим ушам. Что? Госпожа Со?
– Значит, это она пыталась выдать Чханен за покойную принцессу?
– Пока точно неизвестно, но, скорее всего, да. Нужно продолжать расследование.
Неужто голос, который Соран слышала тогда из мешка, принадлежал госпоже Со? Неужто это она пыталась подстроить следующий выбор наследной принцессы? Мысли Соран вдруг прояснились. Тревожные предчувствия холодком пробежали по спине.
– Похоже, нужно узнать побольше о том, что происходит в доме господина Е Хёнхо.
Неужто из-за злодеяний госпожи Со ее отец, почтенный Е Хёнхо, окажется под ударом?!
– Выясним, что они затевали все это время.
«Но тогда… мою тайну тоже могут раскрыть».
Она знала, что это неизбежно. Если расследование Синвона продолжится, рано или поздно правда о том, что она Е Хёнсон, выйдет наружу.
А если он узнает… что тогда?
Что сделает Синвон, если узнает, что она – Е Хёнсон?
«Он никогда больше не сможет отпустить меня».
Соран знала это. Если правда выйдет наружу, Синвон попытается связать ту нить, которая оборвалась семь лет назад. Возможно, даже нарушит закон ради нее. Но все это принесет ему лишь еще больше боли.
Соран, которая так стремилась вывести на чистую воду похитителей и лже-наследную принцессу, оказалась перед лицом правды, которую нельзя было открывать никому.
– Почему ты так перепугалась?
Взгляд Соран был полон тревоги.
– Да нет… просто в последнее время столько всего случилось…
– Когда я вижу, как ты волнуешься, на душе становится как-то неспокойно.
Соран вновь опустила взгляд, пытаясь скрыть обуревающие ее чувства.
– Можно тебя обнять?
