– Я люблю тебя, – выпаливаю я, глаза печет от слез. – Я не хочу выходить за Карло. Я хочу замуж за тебя. – Хватаю его за руку. – Пожалуйста, Лео. Если у тебя есть чувства ко мне, а я думаю, что есть, тогда борись за нас. Борись за меня.
Он зарывается пальцами в мои волосы и притягивает меня к себе.
– Твой отец никогда не разрешит тебе выйти за рядового soldato, и твой брачный договор заключен много лет назад. Если бы я мог, я боролся бы за тебя до конца времен, dolcezza. Но бунт только убьет нас обоих. – Он прижимается лбом к моему. – Я хотел бы, чтобы все было по-другому. Всем сердцем хотел бы. Но такова реальность, и наши чувства в нее не вписываются.
Из моего горла вырывается рыдание.
– Это больно, Лео. Я так сильно хочу быть с тобой! Каждый раз, когда тебя вижу, я хочу оказаться в твоих объятиях и чувствовать твои губы на моих. Не быть с тобой это мука.
– Тихо, dolcezza. – Он прижимается губами к моим волосам. – Со временем боль ослабнет.
Я знаю, что не ослабнет, но спорить нет смысла. Мне следует считать это победой, потому что Лео практически подтвердил, что мои чувства взаимны. Однако ясно дал понять, что не будет ничего предпринимать. Он не может стать моим белым рыцарем, скачущим на помощь. Это означало бы для него абсолютную смерть, и я никогда не смогла бы жить с этим.
– Не знаю, как смогу жить без тебя, но я люблю тебя достаточно, чтобы отступить ради твоей безопасности.
Его губы захватывают мои в самом нежном и сладком поцелуе, и это конец. Мои руки ложатся ему на плечи, а его на мою талию, и мы отдаемся медленному, чувственному поцелую, который я буду помнить всю жизнь. Может, Лео и боится произнести признание, но я чувствую его сердце в ласковых касаниях губ.
– Мне надо, чтобы ты пообещала кое-что, – говорит он, притягивая меня к себе, когда мы разрываем поцелуй.
Я обнимаю его и кладу голову ему на грудь, наслаждаясь ровным стуком сердца.
– Все что угодно.
Мой голос приглушен его телом. Вблизи он пахнет божественно. Такой цитрусовый, и насыщенный, и полный жизни.
Лео нежно приподнимает мое лицо за подбородок.
– Больше никакого флирта с другими мужчинами или попыток лишиться девственности до свадьбы. Пожалуйста, Нат, – шепчет он, пристально глядя мне в глаза. – Я умоляю тебя бросить этот квест, потому что это не решение.
– Тогда что? Я не хочу выходить за него, Лео. У меня от него мурашки.
– Я поговорю с Матео и узнаю, сможет ли он еще раз поговорить с Анджело.
Мои глаза выскакивают из орбит.
– Матео разговаривал с Анджело о моем брачном договоре?
Он кивает:
– Несколько раз.
– Почему? Он же двумя руками за традиции и постоянно говорит мне, что я должна следовать правилам.
– Это правда, твой брат согласен с договорными браками, но он не хочет отдавать тебя Карло. Я думаю, глубоко в душе, Анджело, тоже не хочет этого. Но у него связаны руки. Это договор, имеющий обязательную силу, и Анджело не может спровоцировать войну.
– Значит, он предпочтет продать свою дочь монстру, чтобы сохранить мир.
– Мне тошно от этого, но никто ничего не может сделать.
– Что, если он умрет? – выпаливаю я, озвучивая то, о чем думала последние недели. – Он не сможет жениться на мне, если будет на том свете.
– Наталия, – рычит Лео, свирепо глядя на меня. – Даже не вздумай произносить такое. Он сын дона Греко. Его убийца не проживет и дня.
– Я отчаянно хочу избежать этого брака, Лео.
– Знаю.
Обхватив мое лицо, он осыпает его поцелуями, и я сжимаю в кулаках его футболку, притягивая ближе, вдыхая его запах и впитывая его тепло и близость, проклиная тот факт, что родилась в преступном мире и не вольна любить этого мужчину так, как мне хочется.
На месте его раны расползается кровавое пятно, и я отстраняюсь, сожалея, что сделала ему больно.
– У тебя кровь.
Он смотрит вниз и ругается.
– Я тебя не поблагодарила, – говорю я, положив ладонь ему на щеку. – Вчера ты спас меня. Ты поймал пулю, защищая меня. Я никогда этого не забуду.
– За тебя я приму тысячу пуль, dolcezza, и не надо меня благодарить. Твоя защита – единственное, что мне позволено. И я собираюсь делать это до самой смерти, даже если мне придется оберегать тебя, оставаясь в тени.
В горле клокочет сдавленное рыдание, а в глазах скапливаются слезы. Я открываю рот, чтобы еще раз сказать, что люблю его, но Лео качает головой, накрыв мои губы ладонью.
– Не надо, – сдавленно шепчет он. – Не говори. Это слишком больно.
Мое сердце ноет. Как будто физически болит так сильно, что кажется, готово разорваться. По щекам текут слезы, а глаза Лео блестят от невысказанных эмоций, и поэтому я знаю, что он тоже это чувствует. Знание, что моя любовь не безответна, должно сделать меня счастливой, но от него только тоскливей, потому что нам не суждено быть вместе.
И хотя мне хочется отбросить всякую осторожность – раздвинуть ноги и впустить его в свое тело так же, как он уже проник в мое сердце и завладел им, – я не стану, потому что не хочу рисковать его жизнью.
– Какого черта тут происходит? – рявкает Матео, и мы с Лео отлетаем друг от друга.
