– Я боюсь за тебя, Нат. – Она отстраняется со слезами на глазах. – Надо рассказать Бену. Я могу привести его. Он придумает, что делать.
– Его вмешательство тоже подвергнет его риску. Я не могу на это пойти.
Мой брат сделает все, что в его силах, чтобы найти решение, но такового не существует. За прошедшую неделю я только об этом и думала.
– Ты просто собираешься размышлять об этом, пока не станет видно живот? И что тогда?
– Я обдумывала тайный аборт, но я не могу. Не могу убить своего ребенка. – Моя рука накрывает живот, будто я могу защитить эту новую жизнь от своего чудовищного мира. – Я уже люблю его или ее.
– Может, у тебя будет выкидыш. У многих женщин бывает в первый раз.
– Желать этого так же плохо, как обдумывать аборт.
– Знаю. – Фрэнки кладет ладонь на мой живот. – Какие еще варианты?
– Я думаю, мой лучший вариант – соврать. Сказать, что меня изнасиловали в городе и угрожали убить, если я кому-нибудь расскажу. Я скажу, что испугалась. Буду умолять его не вымещать злость на невинном ребенке и попрошу отослать меня, чтобы родить, а потом я отдам ребенка на усыновление.
По моим щекам бегут слезы из-за чудовищного смысла сказанного, но это лучшее решение, до которого я додумалась.
– Он может не купиться на это.
– Я знаю, но вдруг. Джино уже показал, что способен на компромисс, и он поцеловал меня, хотя знает, что это против правил.
– Это не так однозначно. Что, если он догадается, что это Лео?
– Не думаю. Мы с Лео много лет не имели никаких дел. Всем известно, что мы больше не друзья. Никто не знает, что той ночью я была с ним. Думаю, все же получится убедить Джино. Может, он разозлится, что получил не девственницу, но ему нужна мать для Калеба и Джошуа и к тому времени мы будем женаты. Он будет нести за меня ответственность. Ты знаешь, традиции запрещают развод, так что у него не останется выбора.
– Он все еще может убить тебя, Нат! – выдавливает она.
– Не убьет. Ему придется отвечать перед папой, и я ему нужна.
– Но на сколько?
Фрэнки встает и принимается расхаживать по комнате в своем великолепном розовом платье подружки невесты.
Я понимаю, о чем она, но это тревоги будущего.
– Об этом я буду беспокоиться потом.
– Боже, Нат. – Она встает на колени передо мной и берет мои руки в свои. – Даже если ты уговоришь его согласиться, как ты собираешься отдать своего ребенка?
Меня пронзает боль, словно раскаленное лезвие отхватывает куски сердца.
– Это уничтожит меня, Фрэнки. Это будет медленно убивать меня, день за днем. Но другого выбора нет. Если это единственный способ сохранить жизнь нашему ребенку, придется это сделать.
– Я так рада тебя видеть, – говорит моя невестка Сьерра, заключая меня в объятия на пороге. – Чего такие кислые лица? – шепчет она мне на ухо, заметив угрюмых Калеба и Джошуа за моей спиной.
– Расскажу через минутку. – Я освобождаюсь из ее рук и делаю мальчикам знак проходить вперед. – Что надо сказать тете?
– Привет, – бубнит Калеб, засунув руки в карманы и не двигаясь с места, с видом типичного капризного подростка.
Подозреваю, он будет ныть и брюзжать все выходные.
– Привет, тетя Сьерра. – Джошуа подается к ней, чтобы обнять, потому что он слишком вежливый и слишком чуткий, чтобы быть грубым. – Где мелкий боец?
– Роуан и Ромео ждут вас в игровой с уже подключенной новой приставкой. Они замучили меня вопросами, когда же вы приедете.
– Идем.
Джошуа хватает Калеба и затаскивает его в дом. С черными спортивными сумками на плечах они идут в сторону игровой, чтобы поразвлечься с моим племянником и его кузеном.
Я бросаю свою сумочку у двери, решив вернуться за ней потом. Мне надо срочно выпить.
– Еще рано для вина? – спрашиваю я, беря Сьерру под тонкую руку.
Она выгибает бровь.
– Все настолько плохо, что ты желаешь выпить в полдень субботы?
– Уверена, где-то в мире уже пора, – шучу я, пока мы идем по коридору мимо гостиной и столовой к большой просторной кухне, которую мой брат переделал, когда Сьерра и Роуан переехали сюда.
– Я не собиралась употреблять так рано, но, если тебе нужен алкоголь, не стану судить.
Мы входим в светлую кухню, и Сьерра идет к холодильнику, пока я достаю из верхнего шкафчика бокал для вина.
Сьерра наливает себе большой стакан клюквенного сока и бокал вина для меня, и мы выносим напитки на застекленную веранду. Затем садимся на одну из уютных плетеных кушеток лицом к прекрасному ландшафту. Французские двери открыты, впуская внутрь мягкий летний ветерок, и я замечаю два силуэта, бегущие в противоположную сторону по ухоженному газону обширного поместья моего брата.
Бен купил это место за несколько лет до того, как воссоединился со Сьеррой и обнаружил, что она родила от него сына. Он снес старое здание и заменил его новым особняком, способным поспорить своими громадными размерами с Белым домом. Сьерра, Бен и Роуан живут в восточном крыле, а Серена, старшая сестра Сьерры, с двумя детьми – Элизой и Ромео – в западном. Дом настолько огромный, что они живут как будто отдельно и имеют столько личного пространства, сколько им нужно.
