Прижавшись к нему всем телом, я поднимаю на него полные надежды, умоляющие глаза.
– Никто не узнает. Это может быть нашим секретом. Пожалуйста, Лео. Займись со мной любовью.
Нервно сглотнув, я скольжу рукой вниз между нашими телами и накрываю ладонью его эрекцию через брюки. О боже, он такой большой и твердый. Настоящий мужчина. Его член дергается под моей ладонью, и в моих трусиках становится мокро и жарко.
В следующий миг Лео отшатывается назад, как будто его ударило током.
– Господи, черт, Наталия. Надень платье! – рявкает он. – Я не стану лишать тебя девственности! Ты совсем с ума сошла?!
Наклонившись, он подбирает платье и протягивает мне. В его глазах полыхает множество эмоций.
– Оденься, пока тебя не увидел кто-нибудь из охраны. Твой отец убивал и за меньшее.
Лео отворачивается, сцепив руки на затылке, пока я одеваюсь. Меня накрывает унижение, и глаза щиплет от слез. Губа дрожит, и я пытаюсь не заплакать. Все тело ломит от невообразимой боли, как будто какая-то невидимая сила разрывает меня изнутри.
О чем я думала, набрасываясь на него вот так?
Мне очень стыдно.
Лео ясно дал понять, что не хочет меня, причем не единожды. Он снова и снова отказывает мне, а я продолжаю вести себя как незрелая дурочка. Я фактически предложила ему себя на блюдечке, а он меня отверг.
Меня скручивает от обиды.
– Ты закончила? – спрашивает Лео, по-прежнему стоя спиной ко мне.
– Да, – хриплю я, почти подавившись болезненным комком, застрявшим в горле.
Любить того, кто не любит тебя в ответ, наверное, самое мучительное испытание.
Я думала, что было плохо, когда он не знал о моих чувствах. Но ошибалась.
Знать, что он в курсе и не хочет меня, в миллион раз хуже, и мне хочется умереть. Или как минимум запереться в комнате, свернуться калачиком и прореветься в свою уже мокрую подушку.
Лео разворачивается.
– Я не знаю, что с тобой происходит, но ты не такая. – Его голос смягчается, он поднимает мое лицо за подбородок. – Ты потрясающая, dolcezza. Совершенно особенная. Добрая, умная, красивая и отзывчивая. Оставайся такой.
Внутри расцветает гнев, и глаза застилает красным. Я не могу принять его комплименты, потому что знаю, что это неправда: Лео просто пытается смягчить отказ. Должно быть, он считает меня очень наивной, если ожидает, что такие слова меня успокоят.
– Ты лицемер! – кричу я. – И Матео тоже. Вы оба трахаете все, что движется, а мне читаете нотации из-за того, что я впервые в жизни посмела поцеловать мальчика и сдуру вешалась на тебя!
Я отталкиваю его прочь и рычу, когда он даже не шевелится. Лео как непоколебимая стена мышц, стоит, скрестив руки на груди, с грустным, слегка озадаченным лицом.
– Ты знаешь, что таков порядок. Так должно быть.
Его спокойный ответ только распаляет струящуюся по моим жилам ярость.
– Я это ненавижу! – реву я. – И не собираюсь больше покорно принимать все.
Моя кровь наполняется железной решимостью. Плевать, как я этого достигну, но я выберусь из этого договорного брака. Папа разочаруется, если я его опозорю, но я уже достаточно мирилась с этим фарсом. На кону стоит моя жизнь, и я больше не могу сидеть сложа руки.
– Наталия, – рычит Лео, попытавшись схватить меня, но я уворачиваюсь и иду прочь. – Не совершай ничего безрассудного. Я тебя умоляю. Ты сделаешь только хуже.
– Иди на хрен, Лео, – шиплю я, душа смех при виде того, как его глаза округляются от шока. – Это тебя не касается. Ты предельно ясно выразил свои чувства. Теперь я точно знаю свое место.
– Dolcezza. Пожалуйста. – Лео дергает меня на себя, так что я прижимаюсь спиной к его теплой груди. – Я не хочу смотреть на твои страдания. Ты знаешь, что делают с непослушными женщинами.
– Мне плевать. Лучше умереть, чем выйти за Карло Греко.
– Я поговорю с ним, – предлагает он. – Предупрежу, чтобы отстал от тебя.
Я хрипло смеюсь.
– Сделаешь это, и он станет только настойчивее. – Я стряхиваю его руки и сердито смотрю на него. – Оставь это, Лео. Я не твоя ответственность. Я не Джулиана. Твоя ответственность – твоя настоящая сестра, а не я. Мне не надо, чтобы ты или Матео вмешивались больше, чем уже успели.
Не дожидаясь ответа, я бегу по дорожке обратно к дому, собираясь зализывать раны в уединении своей комнаты.
– Поверить не могу, что ты разделась перед ним, – говорит Фрэнки, пока мы забираем вещи из шкафчиков в конце учебного дня.
– Не напоминай. Это и так достаточно унизительно.
Во время обеда я рассказала подруге о том, что произошло вчера с Лео в саду.
– Мне хочется врезать ему по яйцам за то, что пренебрег твоими чувствами. И Матео за то, что кошмарил бедного Вогана. Но, может, Лео пытался защитить тебя? Просто сделал это своеобразно.
– Я набросилась на него, а он отверг меня, Фрэнки! Мне плевать, пытался он меня защитить или нет. Это самое большое унижение в моей жизни. – Я захлопываю дверь шкафчика сильнее, чем необходимо. – Мужчина вроде Леонардо Мессины никогда не отказывается от секса. Я должна признать правду. Он не видит во мне женщину. В его глазах я всегда буду милой младшей сестренкой Матео.
