– Берете все, что можете взять и валите за город. Там сгружаете в фуру. Адрес тебе знать не нужно. Парни в курсе. После этого можешь быть свободен.
– До следующего твоего звонка?
Тихий усмехается.
– Знаешь, Руслан, мне даже жаль тебя терять. Мне нравится твоя логика. Но нет, звонить тебе я не буду. Если повезет, ты позвонишь сам.
– Этого не будет.
– Будет, если я хорошо разбираюсь в жизни, – поворачивает к себе сигарету и рассматривает тлеющий край.
Мне хочется затушить её о его глаз.
– Что с моим отцом? – спрашиваю вместо этого.
– А что с ним?
– Куда бы он не пришел, его не берут.
– Ну, это уже не мои проблемы.
– Правда? Раньше его хотя бы выслушивали, а сейчас отказывают, едва он называет имя.
Пристальный взгляд холодных глаз направляется на меня.
– Сделаешь работу хорошо, я поспособствую тому, чтобы от него не отворачивались. Всё зависит от тебя, Руслан.
Значит, я правильно догадался. И отца не берут никуда именно по приказу Тихого.
Мразь… Какая же он мразь.
– Ты же не думал, что я дам тебе забыть кто есть кто, правда? Всё, Шмель, свободен. В час ночи будь на месте, – взмахивает рукой, давая понять, что аудиенция завершена и у него на меня больше нет времени.
Встаю и выхожу из кабинета. Прохожу мимо пацанов, с которыми раньше вроде неплохо общался, а сейчас они едва держатся, чтобы не дать мне по роже. Я читаю это желание на их лицах и в презрительных взглядах.
Похер. На них мне откровенно похер.
Остаток дня я существую на автомате. Отключаю в себе все мысли, потому что едва позволяю им показать головы, как они начинают меня жрать заживо. Вечером игнорирую звонок от Даши, а потом отделываюсь коротким сообщением. Знаю, что она все почувствует, едва услышит меня. Она, как никто читает каждую мою эмоции. И вот, чтобы сейчас не вызвать в ней подозрений ссылаюсь на усталость и желаю ей спокойной ночи.
«У тебя всё нормально?» – приходит от неё тут же с номера матери. Последнее время мы общаемся так.
Нет, блядь, не нормально. Но тебе этого знать не нужно.
«Да. Трём с отцом» – утопаю еще глубже в лжи.
«Поняла. Тогда целую тебя. И скучаю»
Отбросив телефон, растираю лицо ладонями. Изнутри всего выпаливает. Ненавижу себя сейчас. Больше, чем когда—либо. Дашка не заслуживает вранья. Меня в очередной раз дергает сказать ей всё, как есть, чтобы она поняла, с кем имеет дело. Но зная Дашу, она либо уйдёт, разочаровавшись во мне, либо пойдёт к Тихому. Второй вариант более вероятен. Она сможет. У неё не существует кнопки стоп, когда дело касается меня.
А значит либо самому прощаться с ней без объяснений, либо… позволить этому дерьму случиться и навсегда оставить его в прошлом.
А с ней идти только вперед, не оборачиваясь.
С этими мыслями я еду на дело. Приезжаю в ровно назначенное время.
Пацаны уже там.
Паук присвистывает, когда подхожу.
– Чё, Рус, нам ждать облавы от твоей тёлки? – стебет с насмешкой.
– Если только Тихий её сам не устроил, – игнорирую их смешки и подъёбы.
– Я бы передал тебе от него привет, но он запретил. Почему, не скажешь?
Привет от Тихого – это перелом минимум трех костей. И если честно, когда я сюда шел, думал, что этим все и закончится для меня.
– Понятия не имею.
– Ну—ну.
Они еще что—то говорят, но я ухожу в полный игнор. Не реагировать, не слушать, просто действовать.
Охранник выходит спустя пару минут. Даёт отмашку. Я снимаю куртку, потому что в ней будет неудобно, зашвыриваю ее в кузов. Мы надеваем балаклавы на непредвиденный случай, и делаем все, как всегда быстро.
Грузим в грузовик стиральные машины, холодильники, конверторы. Вся техника тяжелая и я теперь понимаю почему Тихому нужен был именно я. Варшавин, Попов и другие не вытянули бы. Раньше Тихий ограничивался легкой техникой. А здесь жирная точка.
Справившись, прыгаем внутрь и едем к месту сгруза. Оно за городом, в наполовину заброшенном селе. Спина болит адски после перенесенного количества техники.
Как только последняя единица оказывается в кузове, парни садятся в тачку, которая их ждет, и сваливают. Я остаюсь черти где без колес и бабок.
Автобусов отсюда нет, такси на такое расстояние вызывать не вариант. У меня не будет столько денег, чтобы оплатить его.
Оглядевшись, выдыхаю.
Ну… наверное, это лучшее из того, чем могла вообще закончиться сегодняшняя ночь.
На улице уже светает.
Запахнув куртку, двигаю в город.
Суббота, утро. Ни одной тачки по дороге.
С неба начинает срываться снег.
Только не хватало, чтобы непогода усилилась.
Пока иду, снегопад набирает обороты. Мороз проникает под куртку, холодит кожу. Пальцы ног спустя час уже не чувствую.
Я не прошел даже еще половину пути, а внутренности уже скручивает от холода. Зубы стучат друг о друга. Лицо как будто под ледяной коркой.
В кармане звонит мобильный, но достать его не является возможным, потому что кажется, что вынь я руки из карманов, как околею окончательно.
До города добираюсь спустя несколько часов. Меня колотит. Ощущение, будто еще немного и ноги перестанут держать.
До дома остаётся каких—то минут десять, когда перед собой я вижу Дашу. Сначала кажется, что она – бред на фоне переохлаждения, но нет.
