На самом же деле мой поступок оказался необдуманным и безрассудным.
– Я бы с удовольствием. Но кажется, я там столько всего наворотила, что просто так меня уже не отпустят, – нервно сцарапываю кутикулу, не смея поднять глаза.
– Что ты имеешь в виду? – хмурится Руслан.
Я вздыхаю.
– Я сегодня испортила товар, – виновато признаюсь, – много товара. Даже не знаю на какую сумму. Менеджер очень злилась и сказала, что теперь мне придется работать бесплатно. Так что выхода у меня теперь все равно нет.
– Куда ты устроилась?
– В супермаркет «Звезда». В центре.
– Официально?
– Нет, что ты? Кто бы взял меня беременную?
– То есть они не в курсе, что ты в положении?
– Нет.
– Ну значит, и проблем нет. – говорит уверенно, – Ты работала не официально, еще и в положении.
– А как же убытки?
– Не думай об этом. Я все возмещу. Завтра оставайся дома и отдыхай.
В этот момент его рука снова тянется ко мне. Пальцы касаются щеки, как и пятнадцать минут назад. А я опять вспыхиваю, как лампа накаливания. Не могу не реагировать. Просто не получается.
Прикосновение мужских пальцев осторожное, сдержанное, будто Руслан сам проверяет границы, решает, насколько близко ему позволено подойти. Но отказать себе не может, и поэтому всё равно делает этот шаг.
И мне так хочется прижаться к его ладони, вдохнуть это тепло, как раньше, ласково потереться щекой. Но внутри стоит стопор, который не позволяет сломаться окончательно.
Руслан медленно и нехотя отнимает руку. Встаёт, подбирает с пола одежду, надевает джинсы и футболку. Его движения простые, повседневные, а я ловлю себя на том, что смотрю на них, как зачарованная.
Он направляется на кухню, и я иду следом.
Там на полу валяется рулон обоев. Руслан разворачивает его, а я останавливаюсь у дверного косяка, опираясь плечом.
Боюсь спрашивать, но решаю больше не игнорировать вопросы, которые меня беспокоят. Поэтому с опаской интересуюсь:
– Откуда у тебя столько денег? На квартиру, еду, и теперь возмещение. Ты же долг отдаешь, на сколько я поняла.
Не бывает, чтобы человек вдруг стал так хорошо зарабатывать на простой работе. Теперь я в этом убедилась сама.
– Я оформил кредит, – спокойно отвечает Руслан, присаживаясь и смазывая клеем часть обоев.
– Ты? Как?
– Через поручителя. Барский, мой начальник, помог. У него хорошие связи и репутация. Вот он за меня и поручился.
– Это тот, которому ты должен денег?
– Да.
– То есть теперь ты должен и ему и банку?
– Получается, так, – спокойно отвечает Руслан, как если бы не было в этом ничего страшного.
Подумаешь – всем на свете должен, но жизнь продолжается, и сейчас нужно клеить обои. Именно так он выглядит. Спокойным и уверенным.
А я могу только представить сколько сил за этим стоит.
Угол рулона закручивается, мешая ему намазывать его клеем. Руслан поправляет его, но кисть цепляется за край, и он снова сворачивается.
Подхожу ближе, присаживаюсь рядом и придавливаю края к полу. Взгляд зеленых глаз в этот момент падает на меня. Руслан посылает мне короткий кивок.
– Я с сентября перевожусь на заочную форму в университете, – сообщаю, чтобы не терять хрупкую нить разговора.
– Это правильно, – кивает он, продолжая водить кистью по бумаге.
– А ты?
– Взял академ на год. Но думаю, придется продлить. Или бросить учебу.
Мне бы хотелось его разубедить это делать, но я понятия не имею как тогда выживать.
– А если все же продлить? Вроде как можно на основании рождения ребенка. Нужно будет просто предоставить свидетельство о рождении. Я узнавала для себя. Потому что тоже не знала справлюсь ли без помощи.
– Может и так. Я попробую. А ты не вздумай. Тебе нужно учиться, – говорит строго, а потом откладывает кисть, – Давай я попробую приклеить.
Берет ленту обоев, встает на стул и осторожно прикладывает ее к стене.
– Подай тряпку, пожалуйста, – кивает на тряпку на подоконнике.
Подаю ему.
Желудок урчит, намекая, что ела я еще в обед.
Достаю из холодильника яйца, помидоры и колбасу.
Зажигаю плиту.
– Ты голодный? – спрашиваю через плечо, – Я буду яйца жарить.
– Да. Спасибо.
Пока Руслан клеит обои, я готовлю ужин. Немного неловко, боясь пересолить, как будто делаю это впервые.
Нарезаю колбасу и сыр. Ставлю их на стол.
Завариваю чай.
– Готово.
Руслан спускается, моет руки и подставляет к столу стул.
Сейчас из—за ремонта все стоит не на своих местах, но нам это не мешает.
Мы начинаем есть. В тишине слышен звон вилок и мое осторожное чавканье.
Ощущения странные. Мы столько раз ели вместе, а сейчас словно и не было тех дней.
Я украдкой смотрю на Руслана: как он жует, как напрягаются скулы, как спокойно опущен его взгляд. И ловлю себя на том, что мне слишком хочется запомнить именно этот момент.
Какой—то он особенный. Важный.
Он вдруг тоже поднимает глаза и начинает рассматривать меня. Мы застываем в молчании.
– Как мама? – решаю нарушить паузу.
– Хорошо, спасибо. Скоро повторная операция.
– Что значит повторная? – перестаю жевать, вилка замирает в руке.
– Нужно убрать колостому и зашить кишечник.
– Ого. Я не знала, что нужна будет повторная.
