— Я доверяю тебе, Каэл, — сказала она. — И я верю, что вместе мы сможем это преодолеть.
Тишину нарушил внезапный вой, доносящийся из глубины леса. Он был громким, пронзительным и тревожным. Каэл сразу напрягся, его глаза мгновенно стали серьёзными.
— Они близко, — сказал он, вставая. — Нам нужно быть осторожными. Время не на нашей стороне.
Элис кивнула, понимая, что спокойные дни остались позади. Она не знала, что ждёт её впереди, но её решимость была крепка. Она готова была узнать правду о своей судьбе, какой бы она ни оказалась.
Лейна стояла перед старейшинами в большом зале совета. Грубые каменные стены помещения, украшенные древними символами стаи, будто давили на неё своим авторитетом. Но она держалась уверенно, как и полагалось дочери сильного рода. В её глазах читалась решимость, а в голосе — холодный контроль.
— Я видела их вместе, — сказала она, глядя прямо в глаза Ригору, самому старшему из старейшин. Его лицо осталось непроницаемым, но Лейна заметила, как напряглись его плечи.
— Каэл не только нарушает законы стаи, он предаёт нас. Он встречается с человеком.
Эти слова повисли в воздухе, как грозовая туча. Остальные старейшины переглянулись, некоторые с недоверием, другие с явной тревогой. Ригор задумчиво постучал пальцами по деревянному столу.
— Ты уверена в том, что говоришь? — спросил он, его голос звучал глухо, но в нём чувствовалась угроза.
Лейна кивнула, её взгляд был твёрдым.
— Да. Я наблюдала за ним. Он встречается с человеком в лесу. Они проводят там время вместе, и это не просто случайная встреча. Их связь очевидна.
Старейшины начали шептаться между собой, их голоса становились всё громче. Лейна знала, что их тревога растёт. Связь с человеком была не просто нарушением закона. Это было угрозой всему, что они защищали.
— Если это правда, то он нарушил главный закон стаи, — наконец сказал Галин, один из самых жёстких старейшин. — И он должен ответить за это.
— Мы не можем позволить ему продолжать, — добавила Эрида, пожилая женщина с проницательным взглядом. — Это поставит под угрозу нашу тайну и безопасность. Человек не может быть частью нашей жизни. Это разрушит нас.
Ригор поднял руку, призывая к тишине.
— Мы должны действовать осторожно, — сказал он. — Это не просто вопрос нарушения закона. Это вопрос лидерства. Если альфа не может подчиняться законам, как он может ожидать этого от остальных?
Лейна почувствовала, как её сердце колотится. Она добилась того, что хотела. Теперь решение было за старейшинами, но она знала, что это только начало.
— Что мы будем делать? — спросил Галин.
Ригор посмотрел на Лейну, а затем его взгляд остановился на символах стаи, вырезанных на стенах.
— Мы вызовем Каэла. Пусть он объяснит свои действия. И если он подтвердит обвинения… тогда мы заставим его сделать выбор.
Эти слова прозвучали как приговор. Лейна слегка кивнула, её лицо оставалось спокойным, но внутри она чувствовала, как её охватывает странное смешение триумфа и тревоги.
Теперь всё зависело от того, что скажет Каэл.
Каэл стоял в центре зала совета, окружённый старейшинами. Их взгляды были тяжёлыми, как камни, под их пристальным вниманием он чувствовал себя, словно загнанный в угол. Над головой горел массивный факел, отбрасывая на стены рябящие тени, которые будто давили на него ещё сильнее.
— Ты знаешь, почему мы здесь собрались, Каэл, — начал Ригор, его голос был низким и строгим. — Ты обвиняешься в нарушении закона стаи, самого главного закона, который охраняет нас от угроз. Мы дали тебе шанс доказать свою верность. И теперь мы должны узнать правду.
Каэл молчал, его глаза скользнули по лицам старейшин, задержавшись на Лейне, которая стояла чуть в стороне. Её взгляд был холодным, но он видел в нём огонь гордости, смешанный с упрёком. Она уже всё сказала, и теперь жаждала его ответа.
— Ты встречаешься с человеком, — продолжил Ригор, его голос звучал как удар молота. — Это правда?
Каэл выпрямился, его челюсть напряглась. Он знал, что ложь только усугубит его положение.
— Да, — сказал он твёрдо, его голос прозвучал громче, чем он ожидал. — Это правда.
В зале послышался гул. Старейшины зашептались между собой, некоторые в негодовании, другие в явной тревоге. Галин ударил ладонью по столу, призывая всех к тишине.
— Ты признаёшь, что предал нас, нарушив закон? — спросил он резко.
Каэл повернул голову к нему, его глаза горели.
— Я не предал вас, — твёрдо ответил он. — То, что я сделал, не угрожает стае. Но вы не хотите это понять. Вы боитесь перемен, боитесь того, что кто-то может быть другим.
— Ты говоришь о переменах? — вмешалась Эрида, её голос был холодным. — Каких переменах, Каэл? Привести человека в стаю, поставить её под угрозу? Ты забываешь, что наш мир существует только потому, что мы соблюдаем законы.
— Я не забыл ничего, — ответил он, его взгляд обошёл всех старейшин. — Но я не откажусь от Элис. Она не враг. Она не угроза. Она… она важнее, чем вы можете себе представить.
Ригор поднял руку, снова призывая к тишине.