— Ты сделал свой выбор, Каэл. Теперь очередь стаи решить, кто станет её будущим.
Тишина снова окутала площадь. На этот раз она была предвестником того, что впереди их ждёт борьба, которая изменит всё.
Ночь опустилась над деревней, накрывая её густым покрывалом звёздного неба. Площадь опустела, но напряжение, витавшее в воздухе, не исчезло. Элис и Каэл стояли у края леса, вдали от любопытных глаз, в месте, где можно было наконец выдохнуть. Но вместо облегчения сердце Элис было переполнено тревогой. Их разговор с старейшинами закончился не решением, а угрозой — угрозой раскола стаи и потери всего, за что они боролись.
Каэл молча стоял, опершись спиной о дерево, его взгляд был устремлён на звёзды. Его плечи были напряжены, а челюсти сжаты. Элис знала, что внутри него бушевала буря. Он редко позволял себе показывать слабость, но сейчас его молчание говорило больше, чем любые слова.
— Ты в порядке? — осторожно спросила она, подходя ближе.
Каэл не сразу ответил. Его янтарные глаза, обычно такие живые, теперь выглядели уставшими.
— В порядке ли я? — повторил он с тихой горечью. — Я только что поставил под угрозу всю свою жизнь, Элис. Свою позицию альфы, свой долг перед стаей. И всё ради того, чтобы они увидели правду. А они…
Он замолчал, его кулак ударил по дереву с такой силой, что кора треснула. Элис вздрогнула, но не отошла. Вместо этого она осторожно коснулась его плеча, её пальцы слегка дрожали.
— Ты сделал то, что должен был сделать, Каэл. Ты говорил от сердца. И даже если они сейчас не готовы услышать тебя, это не значит, что ты был неправ.
Каэл повернулся к ней, его взгляд смягчился, но боль всё ещё читалась в его глазах.
— А если я ошибся, Элис? Если всё это только усилило раскол? Я поставил тебя под удар. Теперь они будут винить тебя во всём, что происходит. Даже если я потеряю всё, я не могу позволить им причинить тебе боль.
Элис сделала шаг вперёд, её руки легли на его плечи.
— Послушай меня, Каэл, — сказала она, её голос был мягким, но решительным. — Я знала, на что иду, когда осталась здесь. Я знала, что это будет непросто. Но я здесь не из-за пророчества или своих сил. Я здесь ради тебя. Ради нас. И я не позволю страху остановить нас.
Каэл опустил голову, его дыхание стало глубоким и неровным. Она чувствовала, как он борется с собой, как отчаянно он пытается найти ответы, которых, возможно, просто не существует.
— Ты заслуживаешь большего, чем это, Элис, — наконец прошептал он. — Ты заслуживаешь мира, где тебя принимают, где тебя не считают угрозой. А я привёл тебя в место, где тебя ненавидят только за то, кем ты являешься.
Элис улыбнулась, её пальцы чуть сильнее сжали его плечи.
— А я привела себя сюда, потому что ты дал мне надежду. Ты показал мне, что даже среди всего этого хаоса есть что-то настоящее. И я не собираюсь отступать, Каэл. Если нам придётся бороться, то мы будем бороться вместе.
Его взгляд смягчился, и он поднял руку, осторожно убрав выбившуюся прядь волос с её лица.
— Элис… ты понимаешь, что если они отвергнут нас, нам придётся уйти? Нам придётся оставить всё это позади?
Она кивнула, её глаза были полны решимости.
— Если это то, что нужно, чтобы мы были вместе, я готова. Но я верю, что мы найдём путь. Ты дал им возможность услышать правду. Теперь их очередь выбрать, что с ней делать.
Каэл смотрел на неё, его лицо постепенно расслаблялось, а затем он притянул её к себе. Их лбы соприкоснулись, и на несколько мгновений весь мир исчез. Остались только они — два человека, которые нашли друг друга среди хаоса, которые решили бороться за своё место в этом мире.
— Ты — моя сила, Элис, — тихо сказал он. — И я не отпущу тебя. Никогда.
Элис подняла глаза, её взгляд был наполнен уверенностью.
— И я не отпущу тебя. Что бы ни случилось.
В следующий момент их губы встретились в поцелуе, который был не просто выражением чувств. Это было обещание, данное в самый тёмный момент их жизни. Их поцелуй был бурным, наполненным всей болью, страхами и надеждами, которые они несли в себе.
Когда они наконец отстранились, Элис посмотрела на него и улыбнулась.
— Мы справимся, Каэл. Вместе.
Он кивнул, а затем обнял её, прижимая к себе так крепко, как будто хотел защитить от всего мира. Ночь была прохладной, но рядом с ним она чувствовала только тепло.
И хотя в глубине леса ещё можно было услышать тревожные звуки стаи, их сердца уже знали ответ: их любовь была сильнее страха, сильнее ненависти и сильнее любых законов. Это был их последний аргумент, их последняя борьба.
Солнце клонилось к закату, окрашивая деревню в багрово-золотые тона. В воздухе витало напряжение, словно сама природа чувствовала, что надвигается нечто важное. Элис и Каэл стояли в центре площади, окружённые членами стаи, которые собрались, чтобы услышать решение Каэла. Старейшины, как и раньше, занимали свои места на возвышении, их лица были мрачными и непроницаемыми.
Аэрон, главный старейшина, скрестил руки на груди и прищурился, глядя на Каэла.