— Ты и в прошлый раз говорил также. Я тогда чуть не поседел. Такое чувство, что ты постоянно забываешь, что мы, — семья! Отец с меня шкуру сдерет случись с тобой что. А уж мне-то как обидно!
Я уже давно перестал обращать внимание на манеру речи Валахана, семья которого меня усыновила и воспитала. Мы знакомы с самых малых лет. Раньше я еще пытался бросать едкие замечания, пока не понял, что он действительно “такой”. Несмотря, на все свои достоинства, среди которых числилось высочайшее мастерство метамага. Он был, до скрежета в зубах, простодушным и искренним человеком. Прямо-таки истинное воплощение всего наилучшего.
Этим он, собственно, меня и бесил очень долгое время.
— Повторяю — все нормально, — выдохнул я терпеливо. — И, заметь, — к тебе я обратился в… в почти первую очередь. И это несмотря на то, что в прошлый раз, о котором ты упомянул, из-за твоего праведного гнева меня полгода мусолили в службе защиты свидетелей. При том, что защищать уже было не от кого! Ведь твоя шайка всех к чертям пересадила из тех кто остался в живых. А магоматон, который я выслеживал больше года, конфисковал КИБ.
Он лишь нахмуренно отпил, не став комментировать.
Я кратко пересказал ему случившееся и частично озвучил свои мысли по этому поводу. Надо отдать должное, — слушал он все это лишь гневно сопя.
— Следуя из вышесказанного: я хочу просить протекции у Ордена Танатеш, либо у кого-нибудь из вашей Коалиции.
Валахан внимательно на меня посмотрел, сузив глаза.
— Протекцию? И все?!
— Да, и все.
— Но дядя… — запнулся он о свои мысли. — Ты же понимаешь, что ты можешь просто вступить в наш Орден? И любые притязания к тебе, — разобьются о стену Коалиции. А…
— Пока что никакого вступления, — жестко произнес я. — Протекцию я готов щедро оплатить…
На этих словах друг закипел.
— Какая же ты упертая задница, тэр Найв! Как же ты меня бесишь! Святая галактика! Да меня за всю жизнь никто не бесил больше тебя!
К этому я тоже готовился. Потому спокойно пил, напоминая себе же о своей гнилой сущности.
— Как может человек быть настолько упертым? Тебя вербуют самые влиятельные представители Орденов в целой Импублике, дают полную свободу исследований, неограниченные ресурсы, а ты, как баран…. Г-р-р-р-р… Да чтоб тебя!
Он злобно отхлебнул кофе и замолчал на пару минут, успокаиваясь.
— Будет тебе протекция. Бесплатная! — на этих словах резко встал, ткнув в меня пальцем, пресекая возражения. — И попробуй только поспорить! Собирай манатки и поехали.
Я долил нам кофе и, под мерное сопение Вала, спросил:
— Как ты? Как Дана и малышка Тия?
— Да все хорошо. Дана потихоньку наверстывает упущенное, чтобы вернуться к работе. У Тийи зубки режутся, — орет ночами напролет. Но врач говорит, что нужно перетерпеть и не вмешиваться, иначе сделаем только хуже.
Я улыбнулся, ощущая приятное тепло в груди.
Вал был моей семьей. Его семью я тоже любил всем сердцем и не мог не радоваться, когда слышал, что у них все хорошо. Потому и старался не впутывать его во всякие передряги, что случаются на мою дурную голову.
— Это… — начал я, но был оборван сработавшим сигналом системы безопасности.
3
Айидхе по имени Кларикордикс, которого все называли Кларком, ни разу не потерял из виду незадачливого “отлученного” и даже проникся к нему толикой уважения. Особенно его впечатлила встреча того с мистралями. Выжил ведь.
Вообще, тот градус хаоса, что поднялся вокруг теперь-уже-не-рыжей личности за какие-то сутки, лично Кларка, не столько удивлял, сколько настораживал.
Попытки начальства подмазаться к своим покровителям, дав очередную малополезную технологию, были утомительны. Так или иначе, Коджиму-4 уже давно поделили две мощные коалиции. Сейчас же просто грызутся за лоскуты ее особенно богатых территорий.
Но нет, — кто-то проснулся спустя годы, чтобы ворваться во мнимую гонку при помощи одних только беспилотников.
Маразм крепчает, дни идут. Бесит.
Он наблюдал за вахтерской общагой, оставив мотоцикл рядом, у дерева, на корнях которого разлегся. Знакомствами “отлученный” владел впечатляющими и его слова на балконе Кавараджо, только подтверждались наблюдениями. Однако задачей айидхе была слежка, что доставляло ему величайшее разочарование.
Особенно теперь, когда в здание зашел гвардеец Наместника. С ним Кларк может совладать разве что за счет крайней степени неожиданности, на которую, если честно, он не особо-то и надеялся.
Закат был все ближе и вечер стремительно вступал в права, погружая пустынный район в еще большую тишину. А потому громогласный грохот заставил Кларка подпрыгнуть на месте от неожиданности.
Все-таки, он успел слишком расслабиться.
Половины верхнего этажа общежития не стало, а из разбитых окон полетели две фигуры на лету формируя конструкции левитационных подушек. О личностях догадаться было не сложно.
Лишь обострив чувства, при помощи сатори, манатроп смог разглядеть тройку полупрозрачных силуэтов, похожих на пикирующих соколов.
И это пробуждало ростки страха. Беспилотники, что незаметны без сатори, — тихой смерти подобны.
