Ванда подошла к концу стола, но садиться не стала. Фил чувствовал исходящее от нее напряжение. Она былапохожа на дикую кошку, рыщущую в запертой клетке.
Отец Эндрю сделал пометку на верхнем листе стопки бумаги.
— Я заметил, что ты назвала Фила предателем.
Она сердито посмотрела на Фила.
— Да.
— После просмотра твоего интервью я могу понять, почему предательство стало для тебя деликатной темой, — продолжил священник. — Ты думаешь, что твоя сестра Марта предала тебя?
— Я ничего о ней не думаю, — Ванда подошла к телевизору и выключила его. — Она мертва для меня, как и остальные члены моей семьи.
— Она обратила тебя в вампира, — сказал Фил.
— Нет! — Ванда резко повернулась к нему. — Сигизмунд обратил меня. Марта просто укусила меня и пила из меня, пока я не стала слишком слаба, чтобы бороться с нее. Потом она представила меня своему новому другу в качестве ужина.
— Ты определенно затаила на нее обиду, — заметил отец Эндрю.
— С чего бы? — Ванда вынула DVD-диск из проигрывателя. — Марта ничего не делала. Она просто стояла и смотрела, как ее друг обращал меня, а наша младшая сестра умирала в соседней пещере. Она ничего не сделала!
— По-моему, это предательство, — сказал Фил.
— Я не хочу говорить об этом! — Ванда сломала диск напополам и бросила осколки в Фила. — Оставь меня в покое.
Он уклонился от летящих осколков.
— Нет.
Он подошел к ней.
Она зарычала и потянулась за другим стулом. Он схватил ее руку, удерживая внизу, и пока они оба наклонялись вперед, он играл с ней в гляделки. Она приподняла бровь и отказалась отступать.
Священник откашлялся.
— Мне очень жаль, дитя мое, что ты потеряла всех членов своей семьи. Ты не знаешь, жива ли еще Марта? Или не-жива, я бы сказал.
Ванда отпустила стул и отвернулась от Фила.
— Даже не знаю. Какая разница?
— Она может быть твоим единственным выжившим членом семьи, — продолжил священник. — Я думаю, ты должна найти ее.
— Ни за что.
Отец Эндрю щелкнул ручкой и сделал пометку на одной из своих бумаг.
— У меня есть близкий друг в Польше. Священник, который учился со мной в семинарии много лет назад. Я попрошу его проверить местонахождение твоей сестры.
— Я не хочу ее видеть!
Священник строго посмотрел на Ванду поверх своих очков.
— У меня есть для тебя задание. Я хочу, чтобы ты всерьез подумала о том, чтобы простить свою сестру.
— Что? — Ванда посмотрела на священника так, будто у него внезапно выросла вторая голова.
— Сколько лет было Марте, когда вы бежали в горы? — спросил Фил.
Ванда стиснула зубы.
— Пятнадцать, но…
— Она была ребенком, — сказал отец Эндрю.
— И Сигизмунд, вероятно, контролировал ее, — добавил Фил.
— Мне все равно! — крикнула Ванда. — Она позволила Фриде умереть! Я не прощу ее. Я не могу.
Отец Эндрю снял очки.
— Прощение не означает, что ты оправдываешь ее действия. Ты не должна прощать ее ради нее самой. Ты сделаешь это для себя, чтобы отпустить всю боль и начать жить заново.
— Почему я должна жить, когда они все мертвы? Все, кого я любила, мертвы! Дальше вы скажете, чтобы я простила чертовых нацистов, — Ванда подбежала к двери и распахнула ее. — Оставьте меня в покое, черт возьми! — она побежала по коридору.
Фил остановился в дверях, наблюдая за ней.
— Я должен убедиться, что с ней все в порядке.
Священник вздохнул и засунул бумаги обратно в портфель.
— Может быть, мы слишком поторопились, — он встал и положил в карман свои очки. — Я немного поволновался, когда она разбушевалась, но ты, кажется, вполне способен справиться с ней.
К сожалению, в эти дни Фил только и думал о том, как справиться с Вандой.
— Ты дал ей много поводов для размышлений. Пусть остынет.
Отец Эндрю кивнул и собрал свои вещи.
— Я буду на связи. Спасибо за твою помощь.
Он похлопал Фила по плечу и прошел в банкетный зал.
Фил помчался в противоположном направлении, разыскивая Ванду. Своим превосходным слухом он уловил слабый стук ее каблуков по мраморному полу.
Потом все прекратилось. Должно быть, она покинула коридор и вошла в комнату с ковровым покрытием. Но в какую комнату? К счастью, он мог также полагаться на свое превосходное обоняние. Он последовал за сладким цветочным ароматом ее геля для волос и проследил его до конца зала, где располагалась часовня.
Завтра вечером отец Эндрю ослужит мессу в часовне Роматек. Обычно присутствовало около двадцати вампиров, бывало больше, если они приходили за бесплатной синтетической кровью, предложенной позже в зале братства.
Фил остановился перед двойными дверями, ведущими в зал братства. Там остался запах Ванды, как будто она стояла там несколько минут, решая, что делать. Он посмотрел вниз на щель под двойными дверями. Все еще темно. С своим превосходным ночным зрением она не потрудилась включить свет.
Он тихо открыл дверь и проскользнул внутрь. Его ночное зрение тоже было превосходным, и он увидел несколько пустых столов с легкими закусками в середине комнаты и множество пустых стульев вдоль стен. Он обвел взглядом потолок. Никаких камер слежения. Что бы здесь ни случилось, это останется в тайне.
Ванда стоял у окна, глядя на звезды. Дверь тихо щелкнула, когда он закрыл ее.
