– Сходим, Лиссар, не беспокойся, – заверил он друга. – Поправляйся, и, когда мы вернёмся сюда как Рискнувшие, мы заберём тебя на самой шикарной машине и купим билеты на лучшие места на концерт твоей академии.
– Договорились? – с натянутой улыбкой спросила Шари. Не могла не спросить.
– Возвращайтесь целыми, ребята, – с толикой тревоги в голосе попросил их Лиссар. – Берегите друг друга и тех, кто идёт с вами. Присматривайте за спутниками так, как если бы одним из них был я.
– Обещаем.
Шари привлекла его голову к груди и обхватила руками. Он держался за неё долго и крепко, как если бы силами мог сравняться с любым здоровым раттом. Потом обнялся с Сорином и взял в руки оставленные ключи.
Немного пораздумав, Шари расстегнула замочек сзади и сняла с шеи свой кулон. Протянула его Лиссару.
– Нас не будет рядом, чтобы присмотреть за твоими долгами другим больным. Пусть Мудрый Дарис временно делает эту работу за нас.
– Он не такой профессионал, но доверим это дело ему, – отшутился Лиссар, забирая кулон. Пальцы трепетно касались изображения грифона.
Сорин достал из кармана часы. Выглянул в окно и ещё раз сверился со стрелками. Попрощавшись с другом, брат и сестра вышли из госпиталя. Всё шло в соответствии с планом. Не отягощённые вещами, они успешно преодолели оставленные без присмотра ворота. Даже если прохожий ратт и видел их, он решил бы, что они вышли ненадолго и скоро вернутся. Никто бы не заподозрил их в побеге.
Смеркалось. С каждым днём темнело всё раньше. Редкому тёплому ветру поклонялись высокие травы. Солнце погрузило Верхний мир во тьму и катилось целовать на ночь жителей Среднего мира. Небо мешало в себе оттенки сиреневого и глубокого синего, а у горизонта разливался золотой полукруг.
Идя вдоль дороги, которая должна была вывести их к месту встречи, Шари чувствовала удивительное спокойствие. Они завершили дела в Стирданоре. У них официально появилось «Место, куда можно вернуться». Куда они вернутся по окончании путешествия. Дом.
В голове проносились картинки. Мама. Встреча с Тари. Драки в школе. Порванные до состояния тапочек сандалии. Дни ярмарки. Губы Кливара. Прикосновения. Много прикосновений. Смех Лиссара. Пари с дядей. Ссоры с владельцем аптеки. Пролитые супы и несъеденные салаты. Высокие деревья. Сплетни. Чужое счастье и горе.
Сорин шёл впереди.
– Не оглядывайся, Шари, – он с улыбкой провожал закат, точно зная, что сестра на него смотрит. – Оглядываться – значит, прощаться. А мы ещё вернёмся.
– Ты прав.
У неё не было необходимости оглядываться, чтобы вспоминать. Поправив сумку на поясе и разметавшийся хвост волос, Шари догнала брата и пошла с ним вровень.
Эней и Тари, как и планировалось, ждали их у указателя на перекрёстке. Издалека Шари разглядела, как Эней что-то говорит, а грифон внимательно слушает, иногда расправляя крылья и складывая их обратно. Рассмотрев приближение ребят, они замолчали.
Приблизившись, Сорин начал распределять багаж, затрудняясь придумать, как и что повесить на Энея. Тот, в свою очередь, обратился к Шари:
– Ваша встреча с Лиссаром прошла успешно?
– Если можно так сказать, – затруднилась ответить она.
– Сложно расставаться с близкими, когда всё, что они могут, – это ждать твоего возвращения, – проговорил Сорин.
Он примерил вес одного из рюкзаков. Посчитав, что на комплекцию Энея полагаться сомнительно, Сорин протянул ему тот, что полегче. Эней забросил лямку на одно плечо. Жалоб не было.
Компания тронулась в путь. Сопровождали их последние лучи заходящего солнца, стрекот сверчков и шевеление редких зверей. Тари иногда срывался с дороги и устремлялся вглубь кустов. Обычно возвращался ни с чем, наслаждаясь больше погоней, чем добычей. Но однажды предстал перед остальными с окровавленным клювом. Язык не дотягивался стереть следы.
– Пару минут назад я хотела сказать, что проголодалась, – глядя на грифона, высказалась Шари, – но сейчас я что-то расхотела есть.
– Не осуждай его, – засмеялся Сорин.
– В неограниченной свободе больше возможностей, – глубокомысленно изрёк Эней. Сделал шаг к Тари и протянул руку. – Можно?
Окинув его критикующим взором, грифон кивнул и подставил ему морду. Эней провёл пальцами по кровавым следам, стерев их с клюва. Затем наклонился, набрал несколько капель росы с травы и, смочив руку, вытер её о край штанов.
Шари и Сорин наблюдали всё действо в немом изумлении, однако от комментариев воздержались. Вместо этого Шари потянулась, вскинув руки вверх, и хрустнула шеей.
– Вот бы нам по пути встретилась машина наподобие той, на которой ездит мама с её ребятами.
– С большим кузовом и кабиной? Или целый фургон? – переспросил Сорин. – Я бы не рассчитывал на такое. Никто из тех, кто владеет машинами, по доброй воле в эти деревни не поедет. У раттов там натуральное хозяйство, что производим – то потребляем, самостоятельность, все дела. Туда разве что стадо кто-нибудь будет гнать. Попытаешься оседлать бычка?
– Эх, придётся идти на своих двоих.
– Не расстраивайся, – подбодрил он сестру. – Не так уж и далеко. До полуночи точно доберёмся и найдём, где переночевать.
