— Не нужно, миссис Бэнкс ты куда важнее, чем мне, — хмыкаю.
— Что? Но ведь это же ты начала первой любезничать с этим танцором.
— Да, и ты не стал пасти задних, — мои губы растягиваются в ироничной улыбке.
— Зато меня никто не лапал, — Адриан щурит глаза.
— Меня тоже, мы просто танцевали.
— Не имеет значения, — он прожигает меня взглядом своих больших голубых глаз, что сейчас стали синими от злости.
— Не имеет? Прекрасно! Просто прекрасно! — гнев буквально начинает кипеть во мне.
— Вот именно! — Адриан тоже переходит на повышенные тона.
— Что же, тогда я возвращаюсь обратно в школу, — шествую в противоположную сторону.
Адриан хватает меня за руку и притягивает к себе.
— Нет, ты никуда не пойдешь, — теперь начинает злиться он.
— Это еще почему? — гордо вскидываю подбородок.
— Потому что я так сказал, — Адриан чуть не уверен в своих словах.
— Слабый аргумент, — пытаюсь освободиться.
— Господи, Мелинда, да потому, что я ревную, — выдыхает Адриан.
— Что? Ревнуешь? — замираю на месте. — Это я ревную, а ты играешься со мной, как кошка с мышкой.
— К черту, — шепчет он и впивается в мои губы жадным и властным поцелуем.
Глава 28
Что же, не успела я и оглянуться, как уже пришло время Рождества. И почему время порой бывает таким быстротечным? Ох, на этот вопрос я не знаю и, наверное, не узнаю ответа.
Праздник в этом году обещал пройти просто волшебно потому, что я проведу его с Адрианом. Разве это не повод для радости?
Отец решил пригласить его к нам, чтобы Адриан в праздничные дни не был в одиночестве. Я старательно скрывала свой восторг, но иногда мне кажется, что мама что-то подозревает. Только вот не знаю: догадывается ли она, к кому я питаю столь сильные чувства.
Мы сидели на кухне и готовили рождественский ужин, а папа с Адрианом расчищали двор от снега, что буквально окутал город этой ночью.
— Мелинда, с тобой всё хорошо? — осторожно спрашивает мама.
— Да, а разве со мной что-то не так? — хмурюсь.
— Я, конечно, рада, что ты вся светишься от счастья, но могу я знать причину подобного явления?
Я начала ерзать на стуле. Что мне следовало ответить? Не стоит лгать, иначе мама меня тут же раскусит, и всё лишь усугубится.
— Ну, у меня появился парень, — робко произношу я и крепко сжимаю нож, которым нарезала салат, в своей руке.
— Парень? — мама в изумлении. — И как давно?
— Два месяца, — еще тише отвечаю я.
— И кто он? — во взгляде мамы заметно любопытство.
Вот здесь уже будет гораздо сложней.
— Ну, скажем, ты его знаешь лично, — уклончиво отвечаю я.
Мама задумчиво смотрит куда-то сквозь пространство.
— Ведь это же не Роберт?
— Нет.
— Кто же это может быть?
— Я пока не могу сказать, но он тебе понравится, я уверена.
Наш слегка щекотливый разговор с матерью прерывает вошедший отец.
— У Адриана снова припадок, — торопливо произносит он и хватает полотенце.
Мой нож падает на стол. Видимо, всякий раз, как я буду слышать подобное заявление, моя реакция будет одна — страх.
— Пошли быстрее, — командует мама и бежит к выходу, папа вслед за ней.
Мое тело начал бить сильный озноб. Я уже была готова на всех парах мчаться к Адриану, но всё же в последний момент остановила себя.
Адриан не хочет, чтобы мои родители вот так сразу всё узнали, поэтому я не хочу его огорчать. Он на это не заслужил ровно, как и на эту проклятую болезнь.
На удивление, этот припадок минул значительно легче, чем предыдущие. Такая маленькая мелочь не могла меня не радовать.
Адриан, конечно же, с помощью отца вошел в дом, но не шатаясь, и глаза не казались красными и какими-то безжизненными. Папа отвел его в спальню для гостей и, видимо, Адриан там и уснул.
Ближе к обеду родители отправились в супермаркет за продуктами, которых не хватало для ужина. Я осталась дома и наряжала в гостиной елку. Праздничное настроение куда-то исчезло. Если честно, мне совершенно ничего не хотелось, просто лечь и всё.
— Мелинда? — я и не заметила, как Адриан появился на лестнице.
— Ну, зачем ты встал? Тебе лучше еще полежать.
— Со мной всё в порядке, это всего лишь припадок, — Адриан принялся спускаться.
— Для тебя это пустяки, а я еще не привыкла к этому.
— Прости, если в очередной раз напугал, — он целует меня в макушку.
— Всё хорошо, я обязательно привыкну, просто нужно чуть больше времени, — в своих словах я была абсолютно уверена.
— Давай я тебя помогу.
— Не нужно, я почти справилась.
Адриан улыбается и рассматривает елку.
— У тебя верх не украшен.
— Туда я не достаю, мне нужен табурет.
— А говоришь, что справилась.
Пока Адриан наряжал те участки елки, до которых мне не удалось добраться, я складывала в коробку уже не нужные игрушки.
— Знаешь, если честно, я не люблю Рождество, — внезапно сознался Адриан.
Я ошарашено на него посмотрела. Как можно не любить Рождество? Подобное заявление меня озадачило и немного огорчило. Этот праздник любим всеми, насколько я знаю.
— Почему? — поинтересовалась я.
Адриан вертит в руках шарик белого цвета, и его брови встречаются на переносице, придавая лицу некой задумчивости и грусти.
— Потому что в этот день погибли мои родители.
