Гнев в груди Дилля сам собой утих. Глубина зелёных глаз любимой затянула его, растворила и соединила с Илонной. Он опять оказался непонятно где. Здесь не было верха и низа, не было света и теней. Он больше не видел Илонну, но она была частью него. Здесь не существовало слов, но они не были нужны. Дилль вдруг ощутил, какие мучения испытывала она при мыслях о предстоящем визите в Григот. Это не были чёткие мысли, скорее отголоски тихой печали, что Илонне придётся рассориться с отцом. И вместе с тем он понял: что бы Илонна ни скрывала от него, делала она это только из опасений потерять Дилля. Непонятно откуда, но он знал: любимая ни за что не откажется от него. Илонна была готова на любые жертвы.
Он не мог сказать ей ничего, просто подумал, что любит её, пойдёт наперекор дурацким законам вампиров и будет драться хоть со всем кланом за право стать её спутником жизни. Взметнувшаяся при этой мысли драконья ярость словно подтвердила его намерение.
Постепенно окружающее стало меняться. Появился зелёный цвет, начали пробиваться звуки — шум ветра в листве и чириканье каких-то птах. Дилль словно вынырнул на поверхность и встряхнул головой. Напротив него сидела Илонна — взгляд её постепенно становился осмысленным. Неподалёку Тео ковырялся в мешке с продуктами.
— Хороши караульные, — сердито сказал он. — Я просыпаюсь, а меня охраняют два глухих, слепых и немых пенька. Любой, кто нас бы увидел, мог спокойно прикончить всех.
Дилль виновато посмотрел на Тео, потом на Илонну.
— Это моя вина. Опять затащил тебя… не знаю куда именно.
— В этот раз было куда жарче, — усмехнулась вампирша. — Я думала, что ты меня поджарить вздумал.
— Наверное, это была драконья ярость, — догадался Дилль. — Она вдруг проснулась, когда я решил, что буду драться за тебя хоть со всем кланом.
И Тео, и Илонна уставились на него странными взглядами. Наконец Илонна вопросительно посмотрела на Тео.
— Ты уже говорил с ним? — получив в ответ отрицательное покачивание головой, девушка нахмурилась. — Дилль, с чего ты взял, что тебе придётся драться? Тем более, со всеми.
— Не знаю. Я вдруг понял, что просто так мне тебя никто не отдаст.
— Ну да, — Илонна выпрямилась и мрачно сказала: — Я же воин, а не обычная свободная женщина.
— Дилль, ты помнишь, я тебе ещё в Арьене рассказывал, что в женихи к Илонне набивались самые лучшие воины кланов? — внезапно спросил Тео. — Даже не просто лучшие — настоящие мастера клинка. А всё потому, что согласно нашим законам право на женитьбу на женщине-воине нужно завоевать.
— И что, кроме мастеров клинка никто не может сосватать женщину-воина?
— Попробовать может любой, даже ученик, — тихо сказала Илонна. — Он должен доказать своё мастерство в поединках. Но только у признанного мастера клинка есть шанс, что с ним не решатся вступить в бой. А даже если кто-то и выйдет против мастера, тот сумеет отстоять и право на женитьбу, и на свою жизнь.
— Поединках? — Дилля немного смутило множественное число.
— Да. Обычно всегда находится много желающих получить благородную невесту, но их сдерживает мастерство жениха, — Илонна вздохнула и закончила: — В твоём случае, в очередь выстроится весь клан.
— Потому что невеста так прекрасна? — улыбнулся Дилль.
— И потому что ты едва фехтуешь, — сердито сказала Илонна. — Ну, что ты улыбаешься? Ты ещё не понял, чем тебе грозит визит в Григот?
— Нет, просто теперь я понял, почему вы двое так не хотели идти в вампирские земли. Тео, ты ведь тоже об этом знал?
— Само собой, — проворчал тот. — Я и сейчас считаю, что не нужно тебе туда соваться. Сидел бы себе в Тирогисе. Илонна, между прочим, вообще больше не собиралась возвращаться домой.
— Ты хотела отказаться от всего? Из-за меня?
Илонна кивнула. Он обнял её, а Тео тактично уткнулся в мешок с провизией.
— Спасибо вам, — наконец сказал Дилль. — Но нам нужно попасть в Запретный предел. Я смотрел карты — на юге хиваши, туда нельзя. А если идти в обход владений вампиров, то придётся двигаться до самых северных гор. А там гномы развоевались.
— Мы с Илонной решили попытаться прошмыгнуть между границами кланами. Есть шанс, что мы не нарвёмся ни на патрули веирцев, ни на наших.
— Или на тех, и на других, — проворчала Илонна. — Но другого варианта нет.
— А что, если… — Дилль замялся, не зная, как отнесётся к его идее Илонна. — Что если мы не будем объявлять о… ну…
— Бесполезно, — с полуслова поняла его девушка. — Прикосновение душ уже изменило нас с тобой. Старейшины увидят всё сами — ничего говорить им не придётся. Тогда последуют поединки. И в первом же ты будешь убит. А затем умру и я.
Дилль проглотил сухой комок в горле — он волновался не за себя, а за Илонну.
— Но, быть может, ваши старейшины повременят с поединками? — сказал он. — Всё-таки мы выполняем важнейшую миссию, от которой зависит не только судьба королевства, но и существование вашего клана. Ведь если Тирогис падёт, никто уже не пришлёт помощи против хиваши. Наоборот, в вампирские земли придут тилисцы со своими церковниками и начнут сжигать на священных кострах вампиров.
