Боковым зрением видела, что рядом движется что-то большое. Я пыталась мельком уловить, что же это, но мы плыли слишком быстро. Но перед нами неясно вырисовывалась еще одна фигура. Коралина нырнула глубже, волоча меня за собой. На этот раз я поняла, что это было. И лучше бы я этого не видела.
От белого брюха акулы нас отделяли всего несколько дюймов. Я сглотнула, задыхаясь от ужаса.
Хищники. Кровь. Акулы. О, Боже.
Я начала изо всех сил двигать хвостом, пытаясь помочь нам плыть быстрее. Коралина оглянулась. Я посмотрела, куда был устремлен ее взгляд. Другая акула плыла всего в нескольких ярдах от нас.
— Это не нормально, — кричала она мысленно. Даже с поглощаемым меня ужасом, я заметила, что ее кожа приняла лиловый оттенок. — Они не подкрадываются так, если только не чуют кровь.
— Что нам делать?
Ее глаза расширились. Из нее лился поток неразборчивой речи. Это было, как прослушивать кассетную запись на быстрой перемотке. Она резко вытянула меня наверх, и кончики моих плавников задели голову акулы. Она взмахнула хвостом, и ее зубы щелкнули передо мной.
Держа мою руку мертвой хваткой, Коралина другой рукой схватила меня за подбородок. Она настаивала, что мы должны бороться.
Что!
— Мы безумно сильные под водой. Ударь их по носу, по глазам и вокруг них. Так сильно, как только можешь. Уничтожь их рецепторы. Бей их снова и снова, а после продолжай отплывать. Ты узнаешь, когда они больше не смогут тебя обнаружить.
— Нет! Я не могу. Мне слишком страшно.
— Тебе придется, Яра.
Я выпучила глаза на огромную тупорылую акулу, подплывающую к ней сзади. Эти острые, как лезвие бритвы, зубы выглядели, как дробленый частокол. Коралина отпустила меня и повернулась к ним лицом. Я парализовано смотрела, как она занесла свои фиолетовые руки над головой и ударила изо всех сил перед собой.
Она перевернулась, будто собиралась покататься на спине акулы. Коралина продолжала замахиваться, удар за ударом, в то время как акула атаковала в любом направлении. Как она так быстро двигалась? Я не могла это сделать. Я не могла бороться, как она. Мне было так страшно, что я не могла двигаться.
Что-то уперлось мне в спину, толкая меня вперед. Я повернулась лицом к громадному, пугающему глазу тигровой акулы. Думала, другие акулы были большими. Но ошибалась. Эта была гигантской.
Это так. Меня собирались заживо съесть акулы.
Коралина бросилась ко мне, так же как и ряды акульих зубов. Я замахнулась на тигровую, пронзив сбоку ее голову.
— Молодец! — подбодрила Коралина, когда наши глаза на пару секунд встретились. — Так держать!
Адреналин придал мне храбрости. Я завела руку назад и ударила ее снова, когда Коралина схватила морду тупорылой акулы.
Мои руки двигались очень быстро. Мне не верилось, что я смогу выстоять против акулы. Но получилось, я думала, что мой разрушающий кулак не остановится.
Я почувствовала разрывающую боль, и бледное красное облачко проплыло мимо меня.
— Нет. Пожалуйста, нет.
Тигровая поцарапала мне плечо. Я все так же замахивалась, но к нам подплывало больше акул. След крови, тянущийся за мной, вызывал ажиотаж.
Коралина опустилась вниз к рифу под нами. И вернулась с длинным куском коралла в руках. Она бросилась на ближайшую акулу, протыкая той бок. Кровь ворвалась в воду, будто из вспоротой раны. Она толкнула истекающую кровью тигровую на приближающуюся стаю акул.
— Теперь посмотрим, кто будет обедом, — подумала она, улыбаясь мне.
Мы повернулись, чтобы увидеть еще одну приближающуюся к нам акулу. Коралина замахнулась на нее, а я уплыла наверх. Акулы столкнулись друг с другом, щелкая зубами и махая хвостами, терзая раненного сородича.
Еще одна акула поплыла за Каролиной, но та была занята разборками с первой. Она не могла увидеть еще одну. Я пыталась подплыть к ней, но все произошло так быстро. Акула открыла пасть, обнажая зубы. Я громко закричала, пытаясь предупредить ее, но она повернулась не туда. Она повернулась посмотреть на меня.
Вода взорвалась красным вокруг нее. Стена из пузырей передо мной устремилась вверх.
Я увидела пятно знакомого синего.
Больше красного.
Затем все акулы исчезли.
И я тоже.
Первые две разлетелись на кусочки.
Сколько бы я ни практиковался, иногда я не могу контролировать горгонскую часть меня. Как, например, сейчас, когда я увидел Коралину в пасти акулы. Так же это был один из немногих моментов моей жизни, когда я был благодарен, что живых существ можно превратить в камень. Остальные акулы за секунду статуями ушли на дно. В конце концов, я же не взорвал их всех.
Коралина была без сознания, но у нее прощупывался пульс. Я поднял ее хвост, сморщившись от увиденного. Плавников не было. Изорванный конец хвоста висел кровоточащими лохмотьями.
Я вздохнул, успокаиваясь. Мне нужно собраться, чтобы точно и аккуратно излечить раны при этом, не сделав хуже. Отличительный знак змеи перестал жечь мне спину. Мной овладело ледяное спокойствие.
«Волос, Трейган».
