Мариза и Никси лежали на вельветовых одеялах и подушках, которыми был покрыт пол. Яра без сознания была между ними. Никси перестала облизывать плечо Яры, когда я вошел. Но Мариза продолжала сосать рану, стараясь достать по возможности каждую каплю крови. Хоть Никси и была моложе, она больше себя контролировала, чем ее старшая сестра. Мариза никогда не знала, когда остановиться.
Я хотел напрыгнуть и вырвать у них Яру, но это стало бы переломным моментом, и заставило бы Маризу хотеть большего. Это могло бы заставить ее желать их всех. Сирены хотят все, чего не могут иметь, а они умеют и любят драться.
— Риза, девушка высохла и без сознания. Перестань смотреть так безнадежно на нашу компанию, — приказала Отабия.
Мариза растянула губы цвета шоколада и ухмыльнулась:
— Добро пожаловать, Трей-Трей, — ее карие глаза потускнели, когда снова посмотрела на Яру. — Еще немного. Она божественна на вкус.
Никси толкнула Маризу назад в кучу подушек.
— Ты пьяна! Ты прикончила троих жителей острова во время урагана. Всех сама! Оставь немного для нас.
Отбившиеся коричневые перья плыли в воздухе, когда Мариза подползла ко мне. Она перевернулась на спину, позволяя своим волнистым волосам покрыть мои ноги.
— Как я могла отказаться? — простонала она. — Те люди распевали свои песни мне в лицо. Качались туда-сюда, вели себя как придурки, пока жидкость заполняла их вены. Глубоко в них сидящий страхи, один за другим выливались из них, заставляя умолять, чтобы их съели.
— Ты убила их, Риза, — ругалась Отабия. — Высосала жизнь из них. Ты не умеешь себя контролировать.
Когда я был ребенком, моя бабушка говорила: «Б — значит брюнетки и боль. Держись подальше от брюнеток.»
Человек в углу плакал, когда смотрел на Маризу — наиболее опасную из сестер — протирающую щекой мои ступни.
— Часть меня понимала, я должна остановиться, но я не могла, — убеждала Мариза. — Они были такими вкусными. Такой ужас в их душах. Вы бы не поверили, они делали ужасные вещи за свои короткие жизни, некоторые преступления были совершены сообща. Я никогда не пробовала чего-то настолько темного и богатого, смешивать это вместе так преступно. Я должна была осушать их медленнее. Растягивая это.
— Отстань от Трейгана, — приказала Никси.
Зависть в голосе Никси, заставила светиться глаза Маризы. Факелы по комнате в ответ стали светить ярче. Мариза толкнула меня, и я упал на пол перед ней.
— Трей-Трей, ты должен ответить на колкость моей рыжеволосой сестры, чтобы спасти нежное создание. Позволь Никси быть с тобой. Обещаю, тебе понравится.
Избавиться от захвата сирены было почти невозможно, и я выбрал другую тактику. Погладив сирену по волосам, я ласково ответил:
— Мы оба знаем, насколько опасно это будет, если Никси свяжется со мной.
Мариза отлетела назад, взъерошив свои волосы.
— Жалкие отговорки, русал! Ты никогда не жил! Разве ты не хочешь поглотить кого-то?
Ее крылья хлопали, создавая тени, растянувшиеся до краев комнаты. Крича громче, человек сильнее прижался к стене. Мариза яростно дернула — верный признак перевозбуждения.
— Возьми его, Никси! Мы с Отабией будем держать его!
Никси поднялась в воздух. Ее крылья шелестели, когда она присела передо мной, столкнувшись с сестрой.
— Капризная дура! Он мог убить нас всех!
— Нет, не мог! — завопила Мариза, бросаясь к Никси, чтобы добраться до меня.
Крылья Никси раскрылись, окутываясь вокруг меня сзади для защиты. Она оттолкнула Маризу.
— Он может! Ты забыла, кто может превратить в камень кого угодно здесь? Может, мы не пострадаем от его крови, но его взгляд все еще может превратить нас в камень! Когда он разозлен, разве оно того стоит? Тебе бы понравилось быть статуей, оставшуюся вечность?
Ее слова задели. Я не мог забыть или изменить то, кем я был, но если услышать это от кого-то так громко, то всегда становится стыдно.
— Он тверд в решении не использовать знак змеи, — прошипела Мариза. — Он себя контролирует.
Отабия взвизгнула позади меня, за коконом из крыльев Никси:
— Он использовал свою силу несколько минут назад, чтобы убить многочисленных акул. Окаменели как минимум пять, я видела. Его душа борется с ним самим. Часть него с удовольствием продолжила бы убивать все подряд.
— Ты хочешь его сейчас завести? — Никси щелкнула языком несколько раз. Ее крылья приняли прежнее положение. А факелы снова загорели медленно и спокойно.
Когти Отабии вцепились в мою шею, когда она шептала мне на ухо:
— Забирай русалку и покинь наше гнездо. Я не хочу смотреть, как сорятся мои сестры. И пока ты не сможешь себя контролировать, я тебе не верю.
Без колебаний, я встал рядом с Никси и взял Яру на руки. Ее веки чуть затрепетали. Рана не выглядела так плохо, как я думал. Фиалки в состоянии ее вылечить. Коралин, с другой стороны…
Я гнал прочь тревожные мысли. Отабия взяла меня под локоть и проводила с Ярой за окно. Пока мы летели прочь от этого гнезда, сквозь ночное небо, эхом отдавались песни сирены Маризы, сопровождающиеся охваченным ужасом криком человека. Из-за этого по моему телу прошла дрожь, и я прижал Яру крепче. Ее тепло могло бы растопить даже самую холодную из душ.
