– Я бы остался, – сказал Петров. – Мало ли что взбредёт в башку этого вашего Свисса. За ним нужно присматривать.
Руслан оглянулся на колючий шар «мозга».
Световые судороги перестали корчить стены отсека, хозяин корабля начал приходить в нормальное состояние. На миг в душу вкрался страх: что, если Свисс откажется от сотрудничества? Действительно, мало ли что взбредёт ему в голову? Вдруг этика и логика создателей «когтя» допускают такие варианты поведения?
– Командир?
Руслан очнулся.
– Оставим «терминатора». Запрограммируй его на императив «экшн». В случае выхода Свисса из повиновения мы его взорвём.
– Есть.
– Уходим.
Руслан бросил последний взгляд на шар «мозга», надеясь, что принял правильное решение, и направил полёт к выходу из отсека.
Отдыхали от экскурсии по внутренним помещениям «когтя» несколько часов.
Маккена подвёл фрегат вплотную к гигантскому кораблю с пробитой кормой, перегрузил на борт артефакты, обнаруженные разведчиками в отсеках, и поставил у дыры часового – боевой модуль «Мамонт», имеющий на борту не только плазмеры и неймс, но ещё и блок радиоэлектронного подавления «Хмель», не такой мощный, как стационарный РЭБ на «Фениксе», но способный выводить из строя любую электронику в радиусе сотни километров.
Шапиро порывался вернуться на «коготь» не один раз, но Руслан был непреклонен. Надо было собраться с силами, разложить по полочкам накопленную информацию, изучить артефакты и связаться с Землёй.
– Как там наш «орех»? – поинтересовался он у Маккены.
– Перестал обстреливать чёрную дыру, – ответил капитан.
– Он ни с кем не пытался связаться?
– Молчит как рыба об лёд, – хмыкнул Маккена.
– Никаких излучений с его стороны не зафиксировано, – добавил Тихий.
– Странное поведение.
– Инологика, – согласился Маккена.
– Либо они пользуются связью, принципы которой нам неизвестны, – сварливо заметил Шапиро. – Может, всё-таки отпустите меня к Свиссу? Довершим начатое. Нельзя оставлять его без контроля надолго.
– Подготовимся и пойдём, – отрезал Руслан. – Займитесь пока изучением находок.
– Уже занимаюсь, – пробурчал физик.
Земля на вызовы не ответила.
Впрочем, ничего удивительного в этом не было. Суперструнная связь позволяла передавать сообщения мгновенно, однако требовала тщательного прицеливания, так как генераторы векторной свёртки пространства не передавали волну, сотрясающую весь вакуум, а создавали «трещину» в пространстве, нащупать которой Солнечную систему с расстояний в сотни и тысячи световых лет было невероятно трудно. Обратная же связь становилась при этом и вовсе проблематичной. Поймать «трещиной» космический корабль на таких расстояниях было всё равно что попасть пулей в глаз комару на расстоянии в тысячу километров.
Шапиро напомнил о себе через час после нескольких безуспешных попыток поймать с Земли ответное сообщение.
– Подойдите, шеф, – сказал он таинственным голосом. – Сюрприз, однако.
Руслан и сам собирался присоединиться к исследователям находок, поэтому промолчал. Через минуту он спустился на нижнюю палубу фрегата и вошёл в технический отсек, располагавшийся рядом с кормовым транспортным терминалом.
Все найденные на борту «когтя» объекты в количестве девяти единиц были разложены на полу отсека и на консолях, по старинке называемых верстаками. Самый большой агрегат был размерами с небольшого дельфина, причём и формой напоминал земное морское млекопитающее. Остальные были поменьше. Самый маленький, с локоть человека, имел рукоять и походил на футуристический бластер.
Заметив, что командир группы обратил на него внимание, Шапиро взял «бластер» в руки.
– Очевидно, это какой-то энергоразрядник. Мы его просканировали. Внутри мощная батарея или аккумулятор, может быть, даже сродни нашим МК[12], плюс аж три контура антенн, отражающих любое излучение не хуже «абсолютных зеркал».
Руслан отобрал у физика «бластер», рассматривая его детали и оценивая массу: весил разрядник около десяти килограммов.
– На всякий случай не нажимайте на ту скобочку сбоку, – сказал Шапиро. – Возможно, это спусковой крючок.
– Не под человеческую ладонь, – примерил рукоять Руслан.
– Конечно, не под человеческую, скорее под какую-то когтистую лапу. Делали эту базуку не на Земле.
– Можно по форме изделия определить облик создателя?
– Не очень надёжно, но можно.
– Мы снимем все параметры этих штуковин, – сказал бортинженер фрегата Вильгельм Иванов, принимавший участие в изучении артефактов, – и скинем Тихому, он прикинет примерные размеры и форму тел.
– Но это, скорее всего, какой-нибудь динозавр, – сказал Петров. – Явно не «сколопендра».
Руслан положил «бластер» на верстак.
– Чем он стреляет?
Шапиро пожал плечами.
– Сложно сказать. Наши «универсалы» рассчитаны на четыре разных вида боя: лазер, пуля, гипно и гравитационный солитон. Здесь только один разрядный контур, и это не лазер и не пуля.
– Гравитация.
– Не уверен. Генератор и ствол этого излучателя не зря защищены «зеркалами». Тут что-то мощное, на уровне квантовых возбуждений. Не удивлюсь, если он стреляет сгустками антипротонов, а то и как наш «нульхлоп».
