На другой стороне деревни на отшибе стояла небольшая избушка. Её стены слегка покосились, крыша уехала, а по бокам двери зияли огромные щели. Но в окнах изнутри виднелись свежие беленькие занавески, которые отпугивали невзрачность и дряхлость и придавали дому жилой вид.
– Матрёна Петровна, – негромко постучала учительница.
– Да-да, иду-иду, – послышался голос из недр избы. – Здравствуйте, проходите.
На пороге показалась маленькая и очень старая женщина, но глаза у неё были до того живые и до того сияли ясностью, что груз прожитых лет казался чужеродной оболочкой.
Гости прошли в дом. Обстановка была донельзя простая, так что Маше показалось – она попала в Древнюю Русь. Стены – брёвна, красный уголок, деревянный стол и лавки, русская печь, на которой сверху лежали одеяла, и те самые белые занавески в дырявый узор.
– Садитесь-садитесь, ко мне нечасто заходят, поэтому я рада каждому гостю, – тепло улыбнулась старушка.
– Матрёна Петровна, – несколько смущённо начала учительница и потупилась, – с вами мы знакомы давно, а вот это Маша Иванова. Она к нам приехала зимой.
– Здравствуй, Маша, девонька, не чурайся, садись, – подбодрила хозяйка.
Девочка покорно опустилась на лавку и стала ждать.
– Пожалуйста, расскажите нам о нечисти. С религиозной точки зрения... – попросила Валентина Михайловна и почему-то нахмурилась.
– А зачем тебе, милыя? – старушка застыла и впилась в женщину взглядом, по глубине с которым мог соревноваться только космос.
– Видите ли, у нас тут вышел небольшой спор... Маша думает, что нечисть могла когда-то существовать и...
– Какая нечисть вас интересует?
Валентина Михайловна изумлённо открыла рот.
– Вампиры, – ответила за неё девочка.
– Ах, кровопийцы эти, упыри... Да чего о них рассказывать? Были да сгинули.
– В смысле? – медленно спросила учительница.
– Мой муж, царствие ему небесное, едва успел кровососа того загубить. А как загубил, так церковь нашу и сломали... Только с Божией помочью управился! – старушка повернулась к красному уголку и перекрестилась.
– Ваш муж убивал вампиров?.. – не удержалась Маша и от переживаний вцепилась пальцами в лавку.
– Да, а то кого ж? Пиявцы-то, они совсем не вампиры, они, почитай, как люди, только приказы его выполняют.
– Чьи приказы? – совершенно обомлела Валентина Михайловна.
– Стратилата. Он главная нечисть! Он – голова всему!
– Я же говорила вам! Я говорила! – взволнованно затараторила девочка. – Галина Александровна – вампир! Она кровь у Вари пила! Я видела! И крестика моего она боится!
– Маша! Ты что! Простите, Матрёна Петровна...
– Кто-кто, говоришь? – ухватилась старушка за поспешные слова, внимательно смотря на юную гостью.
– Секретарь колхоза!
– Быть не может такого! Мой Миша убил стратилата! Как сейчас помню! Я ж помогала ему!
– Ваш муж был охотником на вампиров? – горячо спросила Маша.
– Нет-нет, какой охотник, батюшка он был, крестил, хоронил, грехи отпускал. Один был на всю деревню, а потом, в семнадцатом году пришли и сломали нашу церковь...
– Расскажите, как убить вампира?
– Э-нет, девонька, это не так-то просто.
– Пожалуйста, расскажите!
– А что там рассказывать... Осиновый кол да огонь нужен!
– В сердце? – затаив дыхание, спросила Маша.
– Туда, милыя, туда. Но добраться до стратилата трудно. Хитёр, как лиса, и силён, как медведь! Тебе с ним не совладать...
– А пиявцы? Может, сначала их?
– Ты что! – разозлилась старушка и сдержанно стукнула ладонью по столу. – Пиявцы – люди, которых укусил стратилат! Они кровь у других сосут и ему приносят! А он – в тени, чтоб никто не прознал! Убьёшь пиявца – так стратилат нового обратит и так и будет!
– Подождите, – взволнованно попросила учительница и встала, – вы сейчас серьёзно? Или шутите?
– Серьёзней некуда, милыя, – ответила старушка.
– Нет, не верю! Это какие-то сказки!
– Не верь, – легко согласилась Матрёна Петровна. – Только крестик-то раздобудь, хорошая моя, так, на всякий случай. Да у меня завалялся один... Сейчас дам...
Хозяйка зашла за печку и стала за ней рыться. А Маша и Валентина Михайловна молчаливо смотрели друг на друга.
– На, ладная моя, на, – старушка вышла и протянула почерневший маленький крестик.
– Если я его приму, значит, во всё это верю... – отрицательно помотала головой учительница.
– Вот ты, лапушка моя, из дома пойдешь, а солнце-то уже село, чай пиявцы уже повыползали, и слава Богу, если у них есть тушки, они их призовут и крови-то насосутся, а коли нет? Чаво они делать-то будут? Тебя кусать, милыя, – совершенно обыденным голосом сказала Матрёна Петровна. – На-ка, возьми.
Учительница нехотя приняла подарок и долго крутила его в ладонях, пока шёл разговор.
– Значит, получается так, – взяла слово посерьёзневшая Маша. – Есть стратилат, он главный, он кусает людей и делает из них пиявцев, те ходят и сосут кровь у тушек, а потом отдают ему? И никто не умирает?
– Умирает, девонька, ещё как умирает, – печально вздохнула старушка. – В свою луну стратилат испивает пиявца до последней капли! И вот тогда-то смерть по пятам ходит... Только никто не знает, как она случится и когда. Но больше года они не живут.
– В свою луну?
