Заря над Араксом полностью

Кибстек… Зачем он задавал вопросы этому чудаковатому ученому, когда кибернетическая система наверняка содержит исчерпывающую информацию о своем хозяине…

Если только это мой стек… Он с сомнением взглянул на скарма. Связи с системой не было. Может, прибор обронил кто-то из убийц?

Нет, он мой.

Уверенность шла из глубин подсознания.

Словно отвечая на его мысль, виртуальный скарм внезапно забеспокоился. Он несколько раз оглянулся, а затем в сознании человека возникла четкая мысль:

Рауль, тебе нужно уходить. Сканеры зафиксировали звонок с мобильного коммуникатора. Через пять-десять минут сюда прибудет наряд полиции.

Рауль… Меня зовут Рауль!..

Имя. Как много оно значит в некоторых ситуациях.

Минуту назад он с трудом удерживал свое сознание на зыбкой грани беспамятства, теперь же оно прояснилось, словно кто-то ввел добрую дозу стимулятора в кровь.

Скарм прав. С полицией пока разговаривать рано. По крайней мере не в таком состоянии и уж явно не тут…

Интересно, каким образом я слышу голос?

Он сел, тяжело опираясь о край неопрятной постели.

Голова кружилась, сердце гулко стучало в груди.

Прочь отсюда. Быстрее\ — внутренний голос был неумолим.

За массивной овальной дверью открылся плохо освещенный, загибающийся вправо коридор. Метров через двадцать у границы плавного изгиба на пол падал яркий дневной свет.

Рауль, опираясь о стену, пошел в том направлении и вскоре увидел огромный безобразный пролом. То, что он находится внутри отслужившего свой ресурс космического корабля, догадаться было нетрудно. Расколотые бронеплиты только подтверждали это предположение.

Пролом, через который внутрь полузарывшегося в почву корабля проникал яркий полуденный свет, вывел его на лужайку, по которой вились, исчезая в густом кустарнике, несколько троп. Выбрав наугад одну из них, он углубился в спасительные заросли.

Свежий воздух, в котором витали запахи прелой листвы, напоминал о чем-то близком, дорогом, но забытом.

Пройдя около сотни метров, он свернул с тропы, из последних сил продираясь в самую гущу дикорастущего кустарника.

Когда звук полицейского флайбота исчез вдали, он лежал на спине, глядя сквозь густую листву в ослепительно синие небеса.

Память кибстека оказалась стертой.

Все, что он смог почерпнуть из сервисной оболочки дорогого прибора, были имя и фамилия его хозяина вкупе с личным идентификационным кодом.

Рауль Шелест.

Много и ничего.

Он коснулся сенсора, и виртуальная среда голографического монитора изменилась, приняв вид поисковой системы.

Док… Он поможет мне.

Поиск через систему спутникового контроля.

К его удивлению, запрос был принят.

Значит, он не совершал никаких преступлений, не находился в черных списках и до последнего момента пребывал на Дионе официально.

Это уже хорошо.

Осталось лишь найти дом, о котором упоминал Лукас, и придумать способ уговорить чудаковатого ученого помочь ему.

Уже начинало вечереть, когда Рауль остановился подле живой изгороди, отделяющей арендованный Лукасом Лайтом особняк от дороги, ведущей к возвышающемуся вдали мегаполису.

Отыскать дом оказалось нетрудно, в округе, если верить компьютерной карте, жилых построек было мало: когда-то данный район действительно планировался как элитная зеленая зона, предназначенная для богатых туристов, но что-то не заладилось в реализации проекта, и вскоре строительные площадки заморозили, а обособленное пространство, огороженное по периметру бетонным забором, превратили сначала в свалку старой техники, а затем в некий охраняемый отстойник, куда власти Диона насильно депортировали представителей асоциальной прослойки общества.

Как профессор не побоялся селиться тут, пусть даже временно? — недоуменно подумал Рауль, глядя на порядком обветшалый фасад «усадьбы».

Впрочем, ответ на вопрос не заставил себя ждать. Стоило ему коснуться расположенного подле калитки сенсора, как за зеленой изгородью послышался характерный звук сервомоторов.

— Что вам угодно, сэр? — осведомился андроид, оставаясь вне поля зрения Рауля.

Он решил не конфликтовать с бытовой машиной. Некоторые виды дройдов имели достаточно высокую степень программной свободы, что позволяло им исполнять обязанности телохранителей со всеми вытекающими отсюда последствиями…

Откуда у меня такие знания?

Очередной безответный вопрос. Апелляция к подсознанию успеха не имела, своенравная глубинная память ограничивалась тем, что в определенные моменты выталкивала на поверхность некоторые сведения, адекватные возникшим обстоятельствам, и тут же замыкалась.

— Мне угодно видеть профессора Лукаса Лайта. Передайте ему, что мы виделись сегодня утром. Я принес материал для его исследований.

— Одну минуту, сэр.

Звук сервомоторов начал удаляться.