Но принц Рисгеир с детства только и мечтал о том, как он станет королем. Он никогда не понимал младшего брата, принца Халисара, который мечтал о далеких краях, чудесах и магии. Вот и домечтался, сгинул в чужом краю без следа, а все потому, что в голову залетели глупые сказки о
Временами принц впадал в отчаяние. Ему казалось, что король Игерсин никогда не умрет, что он переживет его, своего сына, все так же лежа на постели, мертвый телом, но живой духом, до чего живой! Вот почему принц просыпался от малейшего шороха: он ожидал, что к нему в покои войдут королевский врач и начальник охраны и скажут: «Король Игерсин скончался. Да здравствует наш новый повелитель, король Рисгеир!»
И поэтому теперь, когда в двери заглянул слуга, принц вскочил со шкур, расстеленных по полу, и подбежал к двери.
— Что такое? — спросил он прерывающимся голосом.
— Простите, мой принц, если я разбудил вас, — робко ответил слуга, — но тут один аврин хочет поговорить с вами.
— Ах, всего-то… — сник принц. — Но почему в такое время суток? Он — что, не мог прийти днем?
— Он сказал, что никак не мог, мой принц.
— Странный посетитель… Ну хорошо, зови его сюда. Все равно я до утра не засну.
Слуга удалился, а через минуту на пороге появился сам странный ночной посетитель. Одет он был, как одеваются пастухи берке — короткая плотная куртка, высокие сапоги и кожаный пояс со здоровенным кинжалом. Поклонившись принцу, незнакомец первым делом отстегнул кинжал от пояса и положил у порога, подчеркивая тем самым мирную цель своего визита.
— Кто вы? — спросил принц, садясь на шкуры.
— Мой принц, это не имеет значения, — ответил незнакомец. — Я лишь скромный исполнитель, за чьей спиной стоят могущественные силы. Я прибыл от имени и по поручению других лиц, а не от своего собственного.
— И что это за лица? — полюбопытствовал принц.
— Позвольте мне назвать их несколько позже, — поклонился незнакомец. — Но, поверьте, эти лица принимают в вашей судьбе искреннее участие и надеются стать вашими добрыми друзьями.
— Вот как? И что же хотят от меня эти друзья?
Незнакомец сел рядом с принцем и внимательно посмотрел ему в глаза.
— Прежде всего, — сказал он, — эти друзья хотят оказать вам услугу, мой принц. Эта услуга такого рода, что ее обычно оказывают самому себе или очень близким лицам. Ваши друзья прослышали, что вы находитесь в весьма затруднительном положении. Ваш отец, король Игерсин, да продлятся его дни, сознательно удерживает вас от управления государством. Его упорство тем более непонятно, что он сам неизлечимо болен и давно уже не покидает своей кровати. Но, на беду, он умирает слишком медленно и, похоже, не стремится освободить трон для своего сына. Ваши друзья, мой принц, находят, что такое положение несколько затянулось.
— Увы, они правы.
— Мой принц, — жарко зашептал незнакомец, — ваши друзья хотят исправить это двусмысленное положение.
— Каким образом? — спросил принц, складывая вместе внезапно похолодевшие ладони.
— Подарив королю Игерсину вечный покой, — тихо ответил незнакомец.
— Вы хотите сказать: отправив его на тот свет? — вскрикнул принц.
— Тише, мой принц, прошу вас: я не уверен, что нас не подслушивают. Какая разница, в какую словесную форму облечена мысль, если суть ее от этого не меняется?
— Но я никогда себе этого не прощу! Совесть будет мучить меня всю оставшуюся жизнь, и последний из моих подданных будет тыкать в меня пальцем, приговаривая: «Отцеубийца! Отцеубийца!»
— Нет, мой принц, наоборот. Мы избавим короля от физических страданий самым естественным на посторонний взгляд образом, и первый из ваших подданных склонится перед вами и скажет: «Да здравствует новый повелитель, молодой и сильный король Рисгеир!» Мой принц, скажите одно только слово, и весь Буистан склонится к вашим ногам! Скажите только: «Да!»
— Но я не знаю, не знаю… Я так не могу…
Принц разрывался пополам между желанием наконец осуществить свою давнишнюю мечту и боязнью поплатиться за это. Если бы он только был уверен, что ему не придется расплачиваться за желанную власть…
