И все, больше никаких предупреждений, предостереганий. Вот так просто и лаконично. Жизнь на алтарь хотите положить? А? Чтобы бог ей перекусил, а когда проснется, попросил добавки.
И вот очередная горькая ухмылка. Ну куда я денусь? Я не поверну назад. Не сейчас. Принимаю запрос.
Яркая вспышка боли, которой я никак не ожидал. Это было первый раз по–настоящему больно. Так, что я машинально схватился за сердце. Именно там защемило, а после этого боль начала растекаться по всему телу. И вдруг все начало громыхать. Так, словно… вот когда я говорил про свой хлопок, словно гром во время грозы. Я сильно ошибался. Вот настоящая гроза. Буря. Шторм. На мое удивление, с неба действительно начали бить молнии, вокруг начало твориться что–то ужасающее. Все взлетало вверх. Сначала я подумал, что это от какого–то очень сильного удара все подскочило, но это было не так. Все просто поднялось вверх и зависло. Даже я… хотя сразу и не заметил. Осколки, камни, скульптуры. А потом все это начало вертеться вокруг меня и алтаря. Гром и молния, уши заложило, голова уже кружится, сердце колотится. И вдруг резко все прекращается и падает.
Передо мной, зависнув в воздухе над алтарем, медленно кто–то опускается. Я вижу его сапоги коричневого цвета, черные штаны, плащ, будто сотканный из тьмы, с большим поднятым воротом, почти целиком закрывающим затылок, его кожу угольного цвета на лице и руках с непонятными узорами тускло–красного цвета. Его глаза словно черные дыры с красноватыми зрачками.
Если бы я случайного такого где–то встретил, мои мысли были бы не о боге, а о демоне. Хотя мне еще неизвестно, кем он действительно является, и что для меня хуже.
Он встал передо мной и смотрел оценивающим взглядом. Я уже привык, что на мой внешний вид все реагируют с удивлением и долькой брезгливости. Но у него во взгляде не было ни первого, ни второго. Лишь изучающее любопытство.
Я встал, он слегка выше меня. Но, казалось, что передо мной великан. Непонятная мощь давила на меня сверху, пытаясь прижать к земле. Но я старался держаться прямо. И тут он заговорил первый.
— Ты мой последователь? — Слегка склонив голову набок, проговорил он.
— Нет, — единственное, что смог я вымолвить пересохшим ртом.
— Тогда как ты здесь оказался и почему решил пожертвовать ради моего пробуждения? — В его взгляде я видел легкое непонимание, — ты ищешь силы?
— Можно и так сказать, — слегка пожал я плечами.
— Так говори, как есть! — Руам был нетерпелив.
— Дело в том, что я не думал, что тебя можно пробудить. В легендах говорилось, что ты был повержен и убит, — почему–то мне совсем не хотелось лукавить и искать выгоды при помощи вранья.
— Легенды… я чувствую, что у меня не осталось ни одного последователя. Это хуже смерти для бога, — с брезгливостью начал выговаривать Руам. — Бог без силы — жалкое создание.
Но силу я чувствовал, каждой клеткой своего тела я чувствовал эту мощь. Как бы категорично он ни отзывался сам о себе, он все равно был богом.
— Ну-у, я думаю, ты снова сможешь набрать последователей и вернуть свою прежнюю силу, — словно я пытался утешить божество, внутри мне аж самому смешно стало.
— Это будет непросто, но ты прав: я смогу, сколько бы ни заняло это времени, а потом я займусь местью этим жалким лживым псевдобожкам, — говоря это, он поднял руку на уровень своей груди и, сжав ее в кулак, продолжил, — а пока что мне нужно отплатить тебе за помощь. Что ты желаешь?
Я бы мог поиграть в этих доблестных героев, которые говорят: «Мне от тебя ничего не нужно, и хватило бы ответов на пару вопросов». Но я сказал прямо.
— Я очень долго добирался сюда, потерял много времени. Отстал. — После недолгой паузы продолжил. — Силы. Новых умений. Чтобы сокрушить своих врагов.
— Достойно. Похвально. Ты мне нравишься. — Руам заулыбался. — Есть множество способов убить время, и ни одного, чтобы его воскресить. Я помогу тебе наверстать упущенное.
Удивительно, как легко понравится этому богу. Достаточно отдать свою жизнь и сказать, что хочешь все уничтожить.
Темный бог продолжил: «Я вижу, в тебе теплится зародыш, ты тесно связан со смертью. Я не смогу изменить эту суть. Но могу ускорить ее развитие».
Я еще не понял, что он сделал, но во мне явно что–то изменилось. А Руам тем временем продолжал.
— Я не стану говорить, что сильно помог тебе с этим, ты и так был в шаге от этой силы.
Тут я вспомнил про свои достижения: «Стремление в могилу», «В ногу со смертью», возможно, еще что–то было, уже не помню.
— Но помимо того, что я помог с рождением этой силы, я ускорил зарождение новых, а также еще усилил кое–что, — бог снова улыбнулся, — думаю, теперь мы в расчете.
И меня вдруг помутило, ощущение было, что сейчас меня вырвет. Это от резких изменений?
А божество все продолжало.
— Теперь, когда я тебе отплатил, я хочу сделать тебе предложение, — и он воззрился на меня еще пристальнее, при этом его взгляд стал суровее, будто с угрозой — «только попробуй отказать».
Я все никак не мог вставить слово.
— Ты станешь моим последователем?
