Возможно, МХАТ имени Горького и нуждался в каких-то изменениях, как нуждается любой, даже самый успешный театр. Но почему-то лишь с Дорониной поступили так, что она слегла. Неужели не понятно, что это удар и по власти? У актрисы миллионы поклонников, и все они оскорблены. А те, кто называл доронинский МХАТ малопосещаемым, просто там не были. Я лично видел переаншлаги на «Мастере и Маргарите», «Пигмалионе», «Вассе Железновой», «Отцах и детях». Да и мои спектакли «Контрольный выстрел» (в постановке покойного Станислава Говорухина), «Как боги…», «Особняк на Рублевке» публика тоже посещала охотно.
Теперь о старомодности. Во-первых, я считаю: чтобы быть современным надо быть немного старомодным. Во-вторых, смотря с чем сравнивать. Если с нафталиновыми новаторами, донашивающими истлевшие кальсоны Мейерхольда, то извините. Речь идет о принципиально традиционном, я бы сказал, эталонном, базовом театре, необходимом любой национальной культуре, иначе теряется сам смысл новизны и утрачивается вектор новаторства. Разрушить базовый театр легко, а вот воссоздать, одумавшись, практически невозможно… И куда потом школьников да студентов водить? Туда, где Гамлет — биоробот, а Офелия — анонимная алкоголичка? Где Катерина бросилась с кручи из-за того, что Кабаниха запретила ей менять пол? Ну-ну… Не уверен, что Эдуард Бояков осознает уникальность театра, оказавшегося в его руках. Он из тех, кто умеет только ломать построенное другими, полагаю, будто это и есть творчество…
Да, вроде бы, Доронина стала «президентом МХАТ», но ее контакты с театром на сегодняшний день прерваны. Очень жаль! Надеюсь, эта органическая связь будет восстановлена в результате тактичности одних и мудрости других. Но куда больше я надеюсь на вмешательство спохватившегося Кремля. Возможно, тщетно… Я сам некоторое время назад после шестнадцати лет работы оставил пост главного редактора «Литературной газеты», поэтому чувства Татьяны Васильевны, отдавшей театру тридцать лет, практически создавшей его на обломках расколотой труппы, мне вдвойне понятны.
Какова будет судьба моих пьес на этой сцене? Не знаю. Ясного ответа пока не получил. Но, думаю, их просто не будет в репертуаре. Эти люди, Бояков и Прилепин, даже не подозревают, что такое творческое состязание. Тем не мне, я пока в диалоге с Бояковым, 1 ноября, как и в 2015 году, мой авторский фестиваль «Смотрины» откроется на сцене МХАТ имени Горького спектаклем «36 часов из жизни одинокого мужчины» — новой версией инсценировки моего романа «Грибной царь». Четыре года назад фестиваль открывался мелодрамой «Как боги…» в постановке Дорониной. А приезжие театры будут играть спектакли по моим пьесам в театральном центре «Вишневый сад», что на Сухаревке.
—
— Я проработал главным редактором ЛГ шестнадцать лет. Немалый срок, если учесть, что современный главред не только отвечает за контент, но и за бюджет. А я все-таки писатель, и просыпаться ежедневно с мыслью, на какие шиши будем выпускать следующий номер, согласитесь, не очень приятно. Кроме того, я же не владелец газеты, а всего-навсего наемный редактор, и те, кто контролируют ЛГ, подустали, честно говоря, от моей «боевитости», ведь каждый острый материал, особенно по русской теме, это звонки сверху с недоумением, когда же «этот ваш Поляков» наконец уймется? Я решил не дожидаться, когда меня уймут, тем более что давно «замыслил побег» на вольные хлеба. Почему преемником стал Замшев? Так сложилось… Честно говоря, я думал, Замшев вырастет в коммерческого директора ЛГ, что ему по складу, мне кажется, ближе. Он человек из меняльной лавки. Но те, кто принимал кадровые решения, подумали, что для изменения курса газеты он фигура как раз подходящая. Я, кстати, не возражал, так как два года назад его, так сказать, морально-политический облик казался совсем другим — он был воинствующим консерватором на словах. Есть люди, которые подбирают убеждения под цвет рубашки.
—
