— Это мог быть парализующий пистолет… Что ж, мы можем погрузить вас в гипноз и посмотреть, что из этого получится. Думаю, у вас нет возражений? Вам нужно будет заполнить форму о добровольном согласии.
— Прекрасно.
— Вам… э-э… может не понравиться то, что мы узнаем.
— Понимаю.
Трусдейл уже подготовился к тому, что узнает что-то неприятное. Тот голос из сообщения был его собственным голосом. Что он боялся вспомнить о себе?
— Если вы совершили какое-то преступление за то время, о котором ничего не помните, вам придется понести наказание. Беспамятство не считается оправданием.
— Я готов рискнуть.
— Отлично.
— Вы считаете, что я все это придумал?
— У меня мелькнула такая мысль. Скоро мы все выясним.
— Хорошо, а теперь просыпайтесь, — потребовал чей-то голос.
И Трусдейл проснулся, как внезапно разбуженный человек, тут же забывший свои сны.
Голос принадлежал доктору Микаэлле Шортер, широкоплечей темнокожей женщине в деловом костюме.
— Как вы себя чувствуете? — спросила она.
— Прекрасно, — ответил Трусдейл. — Что-нибудь получилось?
— Это очень странно, — проговорил лейтенант АРМ. Он сидел в сторонке, и Трусдейл заметил его, только когда он вступил в разговор. — Вы не только не помните, что случилось за эти четыре месяца, но даже не ощущаете, что прошло какое-то время. Вы не спали.
Он взглянул на доктора:
— Вы не знаете, какие наркотики могли бы дать такой результат?
Она покачала головой.
— Доктор Шортер — наш судмедэксперт, — объяснил лейтенант Трусдейлу и продолжил, обращаясь уже к ней: — Похоже, придумали что-то новое. Это вполне может быть. Вы проводили компьютерный анализ?
— Да, проводила, — быстро ответила она. — В любом случае ни один препарат не может работать так избирательно. Как будто его не усыпили, а заморозили на четыре месяца. За исключением того, что остались бы следы размораживания: разрывы клеток из-за кристаллизации воды и тому подобное.
Она резко обернулась к Трусдейлу:
— Не поддавайтесь снова моему голосу.
— Я не поддаюсь, — Трусдейл встал. — Что бы со мной ни делали, это происходило в лаборатории, да? Раз уж это настолько новое. Это поможет сузить круг поисков?
— Должно помочь, — согласилась доктор Шортер. — Я изучу побочные продукты биологических исследований. Нечто, разлагающее РНК.
— Вы, наверное, решили, что, схватив вас в горах, он оставил какие-то следы, но не тут-то было, — проворчал лейтенант. — Автомобиль был виден на радаре. Должно быть, Вандервеккен отнес вас на стоянку на носилках около четырех утра, когда вокруг никого не было.
— Но это же чертовски опасно.
— Знаю. У вас есть другое объяснение?
— Неужели вы ничего не выяснили?
— Нашли счет. Ваш автомобиль стоял на парковке, потому что за место было заранее уплачено. Как и ваша рента. Все переведено со счета, зарегистрированного на имя «Вандервеккен». Это был новый счет, но теперь он уже закрыт.
— Могу себе представить.
— Это имя вам что-нибудь говорит?
— Нет. Вероятно, голландец.
Лейтенант АРМ кивнул сам себе и встал. Доктору Шортер, судя по всему, не терпелось вернуться в лабораторию.
Полмиллиона марок — огромные деньги. Трусдейл подумывал о том, чтобы послать своего босса ко всем чертям… но, вопреки традиции, Джероми Линк не заслуживал такого отношения. Не было никакой причины загонять его в угол поиском срочной замены. Трусдейл предупредил Джероми за месяц до ухода.
Поскольку его уход был делом времени, работа казалась ему теперь более приятной. Продавец обуви… Он познакомился здесь со многими интересными людьми. Как-то раз он присмотрелся к оборудованию, отливающему обувь по форме ноги клиента. Замечательный аппарат! Раньше Трусдейл не обращал на него внимания.
В свободное время он планировал туристическую поездку.
Трусдейл возобновил знакомство с многочисленными родственниками Несравненной Стеллы. Некоторые заметили его отсутствие на последнем дне рождения и на похоронах. Где он пропадал?
— Дурацкий случай, — отвечал Трусдейл и повторял историю, уже рассказанную с полдюжины раз за вечер.
Он получал от этого извращенное удовольствие. «Вандервеккен» не хотел огласки.
Удовольствие мгновенно испарилось, когда троюродный брат сказал ему:
— Значит, тебя опять ограбили. Кажется, у тебя к этому предрасположенность, Рой.
— Теперь уже нет, — ответил Трусдейл. — Я собираюсь отыскать этого сукина сына.
За день до отъезда он зашел в офис АРМ. Вспомнить фамилию мускулистого лейтенанта удалось не сразу. Наконец она всплыла в голове: Робинсон.
Робинсон кивнул ему из-за стола-бумеранга.
— Заходите. Ну как, наслаждаетесь жизнью?
— В каком-то смысле. Вы узнали что-нибудь?
Трусдейл сел и окинул взглядом кабинет. Он был небольшой, но довольно уютный, с целым набором кофейных и чайных кранов над столом.
Робинсон отодвинулся от стола, очевидно радуясь возможности отвлечься.
— В основном отрицательные результаты. Мы все еще не выяснили, кто вас похитил. Нам не удалось проследить, откуда поступили деньги, но точно не от вас. — Он поднял голову. — Не похоже, чтобы вы были удивлены.
— Я не сомневался, что вы будете меня проверять.
