Бежать в открытую не рискнули: наверняка в Эликае уже знают о побеге всех "защитников". И, разумеется, легко понять, что кто-то из нас уволок диспетчера-наблюдателя. Помнится, в древние времена сбежавших гладиаторов убивали. Не удивлюсь, если на нас объявили или вот-вот объявят охоту. Потому мы и крались под деревьями и по кустам, царапая лица и руки о незамеченные в темноте ветки и шипы. По дороге Леха сорвал тонкую, гибкую ветку и попросил как можно крепче обмотать ее вместо жгута вокруг обрубка мизинца. Как ни странно, кровь удалось остановить.
К "военному лагерю" ящеров и ежей мы приковыляли на рассвете.
Поляна оказалась огромной — с наш луг размером, а за ней далеко протянулась тропа метра в три шириной. И насколько видел глаз, отовсюду торчали иглы-кинжалы ежей. Ящеры, как гигантские летучие мыши, болтались вниз головами на деревьях, едва не задевая шишковатыми макушками землю. А перед поляной, скрытые сверху густыми деревьями, расположились Коля, Тарас и Кирилл.
Нас встретили приветственными криками, даже ежи что-то одобрительно пищали. Тарас и Коля хлопали нас по плечам. Кирилл перекрестился и зашептал какую-то молитву.
— Палец у тебя? — первым делом спросил Леха.
— Был у меня, — сказал Коля. — Чип я уже вырезал, палец закопал. Держи.
Леха спрятал в карман маленькую пластину.
— Ну, и где ваш эликаец? — он огляделся. — Хоть покажьте, из-за кого на нас огонь напустили.
— Ежи его ликвидировали, — хмуро сказал Коля. — Слишком вызывающе себя вел, показывал, что он — хозяин положения. В общем, как только я ушел, эликайца не стало. Это и к лучшему — иначе убивать пришлось бы мне.
— Глупо, — покачал головой Леха. — Лучше бы дали еще пообщаться. Он хоть много успел рассказать?
— Довольно много. И о защитниках, и об Эликае, и о городской стене, и об оружии внутри нее. С такими знаниями мы можем помочь зверям захватить город в самое ближайшее время.
— И что — он так легко тебе все это рассказал? — недоверчиво прищурился я.
— Я умею выбивать информацию.
В глазах Коли появилось такое угрюмое, мрачное выражение, что я потерял всякое желание задавать лишние вопросы. Лучше не интересоваться, каким способом парень выпытал из эликайца все, что было нужно.
— Обмануть не мог? — деловито спросил Леха.
— Нет.
И Коля начал рассказ.
— Вокруг города со всех сторон стоит защита. Стоит кому-либо приблизиться к его стенам — срабатывает… Ну, скажем, мощный огнемет. Он в считанные секунды превращает чужака в пепел.
— Почему именно чужака? — перебил Тарас.
— Свои дома сидят, — хмыкнул Леха.
— Точно, — кивнул Коля. — Свои сидят дома. А если они по какому-то поводу находятся за городской стеной — у каждого эликайца есть приборчик для блокировки защиты. Вот такой, — Коля вытащил из-под футболки висевшую на шее толстую синюю металлическую цепочку. На ней сверкнул ослепительно белый треугольный кулон с мягкими закруглениями на углах. — Работает всегда, эликайцы получают его при первом появлении в городе во взрослом возрасте и постоянно носят при себе.
— Вместо креста, что ли? — поморщился Кирилл.
— За пределами города они бывают редко и только по необходимости, — продолжал Коля, не обращая на него внимания. — Как наши диспетчеры, например. Эликайцы действительно помешаны на экологии. Стражем можно управлять безопасно для окружающих и атмосферы, только если находишься достаточно близко от нашей резервации. Это эликайцы так наши домики называют, — с неприятной усмешкой пояснил он. — Поэтому диспетчер сидит в маленьком, хорошо замаскированном строении. Кстати, это одно из эликайских развлечений для избранных: порулить нашим стражем.
— Ну, а мы-то им зачем? — нахмурился Леха.
— Когда людям дано слишком много — они начинают развращаться, — будничным тоном произнес Кирилл. — Если эликайцы много лет видят только тихую, мирную жизнь, если у них великолепная экология, нет трудностей с детьми, а большую часть труда, похоже, выполняют роботы — им, как любым людям в таких условиях, просто должно захотеться "хлеба и зрелищ". Кроме того, у них нет религии, которая дала бы эликайцам какие-то нормы морали…
— Суть ты излагаешь правильно, — нетерпеливо перебил Коля. — С "хлебом" проблем нет, а вот "зрелищ" в Эликае маловато. Так что главное зрелище для горожан — это мы. Что-то вроде нескончаемого он-лайн шоу. И главное, его можно смотреть с любого момента, можно даже пересматривать наиболее интересные бои. Бойцов действительно делают из детей, которые рождаются от преступников. Рассказывают сказку о необходимости защиты Эликая — все мы ее слышали — и вперед. У горожан даже что-то вроде тотализатора есть: пытаются предсказать наше поведение в мирных условиях и финалы боев. Не знаю уж, что там служит призом, не хватило нервов дослушать.
Я тихо выругался, Кирилл страдальчески поморщился.
— Так, может, и второго города никогда не было? — хмуро спросил Тарас.
