– Если честно, не уверен. У меня есть кое-какие дела. Но мы обязательно увидимся – не сегодня, так завтра. Я позвоню, не волнуйся обо мне. У меня все хорошо. И еще, я даю тебе слово, что больше в лощину никогда не поеду. Я собрал уже много информации, просто в Суздале остались еще дела.
– Меня радует, что ты пообещал больше не бывать в этом гиблом месте. Я тебе верю, по голосу слышу.
– От тебя ничего не скроешь, – улыбнулся Глеб.
– Даже и не пытайся, – рассмеялась Оксана.
– Хорошего тебе дня.
– И тебе, Федор. Помни, что я всегда тебя жду.
– Я знаю и, поверь, очень ценю это. До встречи.
Сиверов несколько раз в течение дня смотрел выпуски местных новостей, но о трупах в лощине и возле нее так и не сообщали. «А ведь днем там бывает много туристов. Выходит, что трупы кто-то прибрал, – размышлял он. – Они не могли остаться до сих пор не замеченными. А тележурналисты мигом бы выдали такое в эфир. Представляю, как бы подали информацию: “Еще один труп в лощине Сатаны, с автоматом и в противогазе”». Глеб усмехнулся и покачал головой.
Под покровом темноты Сиверов пробрался к большому кирпичному дому неподалеку от реки Каменки, о котором рассказывал Макс. Он находился примерно в двух километрах от Суздаля. Ни в одном из окон не горел свет. Глеб тенью скользнул к входной двери и отмычкой открыл ее. «Видимо, хозяина пока нет дома. Значит, нужно закрыть дверной замок, чтобы не вспугнуть его», – решил Сиверов. Он без особого труда справился с этой задачей.
Глеб осторожно прошелся по дому, осмотрев комнату за комнатой. С мансарды он спустился вниз и обнаружил на кухне дверь, выкрашенную под цвет стены. Вот почему он ее сразу не заметил. Сиверов приоткрыл дверь. Деревянные ступеньки вели куда-то вниз.
Он осмотрел все внизу и, поднявшись наверх, стал ожидать хозяина. Примерно в половине второго из окна кухни Глеб заметил приближающуюся к дому машину. «А вот и гость пожаловал. Встречу-ка я его как полагается, по всем законам гостеприимства», – Сиверов едва не сплюнул от подступившей злобы, однако тут же подавил ненужное сейчас чувство.
Поставив машину в гараж, хозяин быстро поднялся по ступенькам на крыльцо, открыл дверь и хотел было включить свет в прихожей. Но в этот момент Сиверов подсечкой сбил его с ног и, ударив пришельца рукояткой пистолета между лопаток, сел на него и приставил пистолет к затылку.
– Кто вы? Что вам нужно? – выгнувшись от боли, простонал хозяин.
– Не торопись, ублюдок, отправиться на тот свет. У нас будет долгий и серьезный разговор. А кто я, ты знаешь. И я в свою очередь знаю, кто ты, – химик с военного завода, то есть с предприятия № 15. Ростислав Антонович Даронин, не так ли? Или я ошибаюсь?
– Но кто вы? Я точно вас не знаю. Я засекречен. Откуда вы знаете, где я работаю?
– Из компетентных источников. А насчет того, кто я, подумай хорошенько. Хотя вот тебе небольшая подсказка. Прошлой ночью я зарыл троих таких же ублюдков, как и ты. Они пытались меня убить, и на них были противогазы.
Химик тяжело вздохнул.
– Вряд ли вы работаете журналистом. У меня были сомнения. Но теперь я точно уверен, что вы никакой не журналист. Только выдаете себя за него. Узнать, где я работаю, мог только человек из спецслужб, причем с большими возможностями.
– А ты догадливый. Ладно, сидеть мне на тебе не хочется, вставай и пойдем присядем где-нибудь, например в твоем кабинете, там удобные кресла. Разговор, как я уже сказал, нам предстоит долгий.
Сиверов слез с химика.
– Поднимайся! – скомандовал Глеб.
Даронин медленно поднялся.
– Кабинет у тебя на первом этаже, справа от кухни. Так что ориентируйся по звездам.
– Вы осмотрели мой дом? – спросил химик.
– Причем очень внимательно. И у меня появились новые вопросы. Впрочем, о многом я догадываюсь. В общем, вперед! Наша цель – твой кабинет.
Даронин, шаря руками в темноте, повернул направо, затем, пройдя кухню, нащупал дверную ручку своего кабинета и вошел внутрь. Сиверов следовал за ним.
– Можно включить свет? Я ничего не вижу.
– И я не вижу, – обманул Глеб. – Сейчас включу.
Сиверов пошарил рукой по стене в поисках выключателя и щелкнул им. От резкого света химик зажмурился, повернувшись к Сиверову.
– Федор Молчанов, журналист из Москвы, – процедил сквозь зубы Даронин.
– Собственной персоной. Садись к окну, а я сяду напротив, – сказал Глеб.
Химик опустился в кожаное вращающееся кресло. Сиверов пододвинул такое же кресло, чтобы оно оказалось напротив Даронина. Затем Глеб неожиданно для химика выключил свет и сел в кресло. Сиверов видел, как Даронин снова зажмурился.
– Я не понимаю, зачем вы выключили свет? – недовольно спросил химик.
– Потому что не хочу видеть твое поганое лицо.
