Встав со стула, я ощупала себя, прошлась по комнате от двери до слюдяного окна, чувствуя, что и двигаюсь я теперь немного иначе, даже хожу другой походкой. В окно было ничего не видно, и оно, ожидаемо, не открывалось.
Сев на край кровати я задумалась, ощущая, как пальцы словно бы на автомате потянулись теребить кончик пшенично-платиновой косы. В этот момент дверь с тихим скрипом отворилась и в образовавшуюся щель робко заглянула женщина неопределенного возраста, курносая, темноглазая и в чепчике, живо напомнившем мне готовую ко взлету чайку. «Надеюсь мне такое носить не придется...»
— Госпожа, Вы уже проснулись?
Ладно, я — госпожа, это уже неплохо. Осталось понять — чем именно я повелеваю. И кем, кроме этой женщины, видимо.
Я кивнула, молча смотря на заглядывающую в мою (?) комнату служанку.
— Мне подать Вам воду для умывания? Распорядиться о завтраке? Повеста Виала еще не проснулась, мне разбудить ее? — ворох вопросов высыпался на меня, и я, твердо решив не повторять стандартных ошибок всяких разных «попаданок», книжки про которых я читала в то же время, когда шила костюмы, величественно кивнула.
— Подай воду, завтрак пока не нужно, будить тоже никого не надо.
— Слушаюсь, госпожа. — Женщина скрылась за дверью, притворив ее за собой. А я выдохнула — первый контакт успешно состоялся. Очевидно, что с новым телом мне передались какие-то знания-умения, потому как у меня не возникло проблем с речью и ее пониманием. Более того, постаравшись вдруг определить, на каком языке я думаю и отличается ли он от моего родного, я поняла, что не могу. Ради интереса я попыталась прокрутить пару фраз на английском и с легкой оторопью поняла, что вслух произношу совсем не его. Видимо, предыдущая обладательница этого тела знала еще какой-то язык, который и заменил его собой.
Пока я предавалась размышлениям о своих лингвистических способностях, дверь в комнату снова отворилась и уже виденная мною женщина вошла внутрь, неся в руках охапку полотенец и какие-то склянки, а за ней сама, своим ходом и без всяких видимых дополнительных приспособлений, плыла по воздуху огромная бадья с водой.
Приплыли. Или это какой-то супер развитый мир, жители которого по собственной прихоти маскируются под предания былой старины, или тут есть магия. И почему мне упорно кажется, что вероятнее второй вариант?
Служанка прикрыла за бадьей дверь, а затем коснулась невзрачного кулона, висевшего поверх простенького суконного платья цвета дубовой коры. Бадья плавно начала опускаться вниз, и только когда ее основание коснулось пола, женщина убрала от украшения руку.
— Извольте, госпожа. — Я, встав, подметила, что служанка ведет себя спокойно, сдержанно, уверенно и доброжелательно. Очевидно, что она давно «меня» знала. Подойдя ко мне, служанка помогла мне избавиться от ночной рубашки, а потом — ступить в исходящуюся паром воду.
Женщина со знанием дела всыпала в воду какие-то цветные порошки, заставив меня флегматично задуматься о своем возможном бесславном конце, если в одной из склянок вдруг окажется яд, но порошки, растворяясь в воде буквально на глазах, лишь наполнили воздух сладковатой пряностью, а меня — умиротворением. Однако молча млеть в горячей воде было сейчас никак нельзя, и потому, позволив женщине пару раз облить мою голову водой и приняться за мытье волос с помощью местной вариации шампуня, я, лениво приоткрыв один глаз, задала свой первый вопрос:
— А что нового произошло, пока я спала?
Движения пальцев в моих волосах на мгновение замедлились, а потом возобновились.
— Даже рассказать нечего, госпожа. Вы как ушли в опочивальню, Его Величество еще немного ммм.... поругался, запустил пару кувшинов в стену и тоже ушел в свои покои. Вы бы смилостивились над отцом, Ваше Высочество... — От одной простой вроде бы фразы я почувствовала переизбыток информации. Мало того, что, судя по всему, я была принцессой, так еще и у меня был здесь отец, которого я же, вроде как, довожу до разбивания посуды о стену.
Я снова прикрыла глаза, размышляя над этим, и вдруг в голове всплыл голос подруги. «Отправная точка в новую жизнь», кажется так она говорила. Ну что же... из бухгалтера в принцессы методом переселения в новое тело — вполне подходит под описание. Я спустилась в воде чуть ниже, чтобы она покрыла плечи, и задумчиво уставилась на свои ноги у противоположного края бадьи.
Судя по тому, какую ремарку себе позволила служанка, она или была очень близка бывшей обладательнице этого тела, или очень любила моего «батюшку». Попробуем прощупать первый вариант.
— Знаешь, мне приснился сегодня странный сон... И я хочу спросить тебя, только отвечай честно, хорошо? — Увидев в воде кивающее отражение женщины, я продолжила. — Я не права во всех этих ссорах с отцом?
Служанка вздохнула, помрачнела лицом, закусила губу. Я молчала, рассматривая ее отражение. Наконец она заговорила.
