Получалось хорошо, но картинка оставалась статичной, а движения мышц, проецируемые моим воображением, оставались какими-то черезчур человеческими. И все же получившийся образ показался мне получше светящегося шара. Он давал некую иллюзию компании. Свою проекцию я тоже втиснул в МИ, слив из встроенного расширителя памяти. Больше всего времени я потратил на создание внутреннего пространства. Попытка привлечь МИ ни к чему не привела. Интеллект кораблика никогда не встречался с такими задачами и тихо недоумевал над мой деятельностью. Он легко выделил под мои эксперименты дополнительную часть своих мощностей, но предложить готовых решений не мог.
Сначала я собирался сделать наше общее пространство земной гостиной с камином, потом каютой Луары, но все это казалось не совсем подходящим антуражем. В конце концов, я скатился к хорошо известной боевой рубке «Бурундука», она, в отличие от рубки «Ботаника», имела больше «мебели». Немного поколебавшись, я одел образ Луары в привычный оливковый комбинезон и усадил в кресло специалиста по вооружениям, где обычно обитала Шила. Получилось вполне уютно. Для большей убедительности я пробил окно в космос, сделав большой обзорный экран, куда проецировался реальный вид за бортом нашего многоцелевика.
За этими делами мы подобрались к поясу колец планеты. Рассчитанный маршрут шел чуть выше плоскости вращения этого каменного крошева навстречу набегающему на нас комплексу. Тут уж я не смог удержать себя. Появилась возможность развлечься, заодно проверив в действии вооружение машины. Отбросив прежние расчеты, я азартно нырнул вглубь ближайшего кольца.
Размялся я на славу, с холодной точностью расстреляв почти сотню разных мелких объектов. Мусора внутри летало довольно много и на большой скорости оказалось сложно контролировать его весь, так что частенько доставалось и защитным полям. Свои тренировки я закончил на приличном расстоянии от комплекса, чтобы избежать различного рода непонимания со стороны местных жителей. Сверившись с полетными данными, я обнаружил, что потратил на шесть с половиной процентов больше энергии и потерял двадцать три минуты. Все оставалось в пределах допустимого.
Раньше мне не приходилось летать на малых боевых машинах КСС. Эта машина мне определенно понравилась. «Блоха» заметно уступала ей практически по всем параметрам. Все же «Енот» изначально конструировался и реализовывался, как боевая машина.
– Ты, должно быть, классный пилот, – тихо сказала Луара. – Я такого еще никогда не переживала. Такого страха натерпелась, что боялась даже голос подать. До сих пор цепенею, как подумаю, что все это было не просто симуляцей в виртуальной реальности.
– О, привет, – обрадовался я. – Тренировка вышла хорошей, жаль, я не знал, что ты тут, а то добавил бы зрелищности.
– Не надо, – почти жалобно попросила Луара. – Я тут даже глаза не могу закрыть, чтобы не видеть этого ужаса. Прошу тебя, не делай больше такого без надобности!
– У тебя просто нет опыта отключения от внешней картинки, – спокойно сказал я. – Надо будет объяснить, поймешь – проблемы конатся. Кстати, я тут кое-что сделал, пока меня окужала полная скука. Сейчас увидишь.
Рубка «Бурундука» Луаре понравилась, но оценила ее она только после того, как сломала все глаза о мою фигуру. Сначала она сидела в кресле артеллериста, потом ходила вокруг меня, затем сидела на полу возле моей фигуры. Для лучшего осмотра я покинул кресло и немного прошелся.
– Это настоящее твое тело? – зачем-то спросила она. – Оно не похоже на существ с корабля Союзников. И твоя одежда? Какой-то странный комбинезон. Смешные застежки и вообще, он раздельный что ли?
– Это, скажем так, одежда для отдыха, – усмехнулся я, взглянув на свои джинсы.
– Какие у тебя странные зубы! – Луара даже вскочила. – Они же почти белые!
– Белые, белые, – подтвердил я. – А еще у меня белые кости и красная кровь. Чего ты удивляешься? Я же – иномирянин, совершенно другой вид. Мое тело вообще очень сильно отличается от твоего.
– Да… Ты выше даже наших сильных представителей, – согласно мотнула она головой и сделала какой-то жест хвосто. – Как интересно. Я очень мало видела чужих рас без скафандров. Экипаж корабля стал, пожалуй, моим первым опытом близкого общения. А можно тебя потрогать?
– Трогай, – усмехнулся я, – только это же не реальное тело, а вся эта затея сильно сырая, нужно многое доработать. Вообще, это эксплуатацией МИ не предусмотрено. Наверное, никто не занимается такой ерундой на боевых кораблях. Нам было просто скучно, вот мы и создали это ради развлечения на моем разведчике. Но картинки – одно, а реальное физическое воплощение объектов – совсем другое. Я вообще не уверен, что ресурсов МИ этого корабля хватит, чтобы быстро рассчитать такой проект. Слишком уж разные задачи стоят перед истребителем и разведывательным кораблем, оснащение и оборудование тоже разное.
– Все равно очень хорошо ты придумал, – поддержала девушка. – А можно подправить картинку моего тела?
– Запросто, – сказал я, опускаясь на панель управления боевыми системами. – Сейчас я тебе попытаюсь объяснить.
