Он смотрел по сторонам, разглядывая рекламные щиты. Дождь барабанил по асфальту. Он увидел в окне парк развлечений и прочитал на щите: «Здесь строят Порнополис». За сеткой ограждения высились две огромные скульптуры: голые Бимбос и Дудес. Между ног молочно-белой женщины мчался поезд, а у вагончиков «чертова колеса» висели волосатые яйца и вздыбленный член. Мимо них сквозь завесу дождя шурша промчалась машина. За темным окном с мелькающим дворником спала девушка. Они ехали молча. Слышался лишь шум дождя. Возле железнодорожной станции, на крыше смотровой башни Тобиас увидел большой экран. У подножия башни стояли какие-то люди в лохмотьях. Тобиас посмотрел на них сквозь мокрое стекло. У этих бедняг ноги были обернуты пластиковыми мешками, они стояли, покачиваясь из стороны в сторону, и смотрели на экран, где молодая пара занималась любовью на крыше автомобиля. Под экраном мелькали номера, которыми люди могли пользоваться в красных будках. Амалие свернула налево от смотровой башни, помедлила у пустого перекрестка и поехала по длинной улице. Город был весь из стекла, экранов и щитов. Дома располагались вдоль широких аллей и в зеленых парках. Повсюду было чисто. На углу, прислонясь к стене, стояли два охранника в синей форме. Возле одного павильона Тобиас увидел мужчину с зонтом, смотрящего на небо и облака. Амалие остановила машину у игровой площадки с песочницей и огромной катальной горкой. Позади игровой площадки стояли полукругом жилые дома. Налево раскинулся парк с лиственными деревьями. Между жилыми домами находился мебельный магазин.
Амалие и Тобиас подошли к дому. Амалие набрала код на входной двери. На экране показалось бледное лицо.
— Мы приехали из Сандму, — сонным голосом сказала Амалие.
— Это Тобиас. Амалие привезла Тобиаса, — прозвучал вкрадчивый голос женщины с экрана.
Тобиас вошел за Амалие в лифт. У него горело все тело. Дверь лифта закрылась. «Добро пожаловать», — пропищал лифт. Амалие улыбнулась в ответ.
Лифт сказал:
— Вы приехали к Филиппу и Эве Йонсен. Они ждали вас целый день и радовались: «Сегодня приедет Тобиас!» Радовались как дети.
Послышался щелчок. Наступила тишина.
Тобиас подумал про голос женщины, и ему захотелось, чтобы его взяла какая-нибудь другая семья. Без вкрадчивых голосов и восторженных восклицаний. Которая живет в доме без лифта.
Дверь отворилась.
Внезапно он оказался в объятиях дамы. Тобиасу не хотелось обниматься, но ее руки прижали его к женскому телу, мягкие «балкончики» притиснулись к его горлу. Он с трудом высвободился из объятий. Позади стоял бородатый мужчина. Его спрятанные в бороду губы извивались, он что-то говорил басом. Тобиас повернулся к Амалие. Она смотрела на него холодно, невозмутимо.
Раскаиваться было слишком поздно.
Они вошли в квартиру. Стоя в прихожей, Тобиас начал развязывать шнурки ботинок. На стене висела большая фотография: голая женщина и голый мужчина. Тобиас взглянул на фотографию, потом на своих приемных родителей. На фотографии были они.
— Это Тобиас. А это Филипп и Эва Йонсен, — сказала Амалие.
Тобиас посмотрел на Филиппа и Эву Йонсен. Филипп положил волосатую руку на голое плечо Эвы. Тобиас посмотрел на волосы между ног. Он подумал, что это странная парочка. Взрослые разглядывали его. На приемной матери Эве была длинная хлопчатобумажная юбка с плетеными завязками на поясе. Светлые волосы она заплела в детские косички. Тобиас не мог понять, почему она строит из себя девочку. Но это его не раздражало. Лицо у нее было бледное. Круглые щеки и длинный подбородок придавали ей странный вид. Светлые глаза. Вообще-то ничего плохого. Можно сказать, очень красивая, не похожа ни на кого из тех, кого он знал. Каждый раз, бросая на нее взгляд, он испытывал чувство, будто забыл, как она выглядит. «Она, поди, думает, что у меня плохое зрение», — пришло ему в голову. Но она ничего не сказала. Она просто улыбалась.
У Филиппа были прищуренные глаза. Рот большой и влажный. Произнося что-нибудь, он каждый раз выдвигал подбородок и несколько раз хмыкал. Тобиас не мог оторвать взгляд от его мокрого рта. Словно Филипп втягивал губами жирный суп.
— Все прошло хорошо? Как доехали? Никаких проблем?
— Никаких проблем, — ответила Амалие.
— Великолепно, великолепно!
Говорил Филипп. Эва молчала. Она слушала и кивала и все время улыбалась бледной улыбкой.
— У нас есть дочь, она на год старше тебя, понимаешь? — спросил Филипп. Он наклонился и пристально посмотрел прямо в лицо Тобиасу. — Ее зовут Луси. Она замечательная девочка. Но сейчас ее нет дома, она у своей подруги. Мы решили, что лучше встретиться нам троим и поговорить по душам, — объяснил он.
