— Они хотели получить как можно больше денег в собственный карман. И думали только о личной власти. Они показали полное неумение управлять. В результате наши друзья стали нашими врагами. Страны Прибалтики уже в НАТО, скоро и Украина с Грузией туда войдут.
— Какой же выход — сталинская диктатура?
— Нет. Но я никогда не соглашусь с утверждением, что Сталин был никчемным политиком.
— Почему? Ведь при Сталине вон сколько людей полегло!
— При Сталине людей полегло меньше, чем в посткоммунистическое время. И границы сейчас изменились не в нашу пользу. Страна стала на двадцать процентов меньше.
— Значит, ты за Сталина?
— Нет, конечно. Чего ты прицепился с этим Сталиным! Но мне кажется, что выйти из социалистического кризиса можно было менее болезненно. Нужно было дать реальную свободу гражданам. Свободу передвижения и свободу торговли, разрешить мелкий частный бизнес. И все бы шло нормально. А ты, кстати, когда лучше жил? При Советах или сейчас?
— Я и при коммунистах кое-что имел и сейчас живу хорошо. Раньше журналисты обслуживали ЦК КПСС и ЦК ВЛКСМ — мы и сейчас их кадры обслуживаем, правда, называются они теперь, как ты знаешь, по-другому. Теперь они Генеральные директора… Я давно понял, что в нашей стране (а, может, и во всем мире) есть только класс рабовладельцев, класс рабов и прослойка мастеров… Так было при социализме, так и сейчас. Суть взаимоотношений людей в социуме (между прочим, и в семье тоже) неизменна.
— Значит, есть только рабовладельцы, рабы и прослойка мастеров?
— Да, это так.
— А что имеют рабы?
— Они имеют галеру (тяжкую работу на заводе, рынке, в поле…), пещеру (квартиру, дом), средство передвижения (ослик, машина) и кусок мамонтятины (завтрак, обед, ужин). Это имеют хорошие рабы.
— А плохие?
— Раннюю смерть. Даже на сытом Западе ситуация похожа. И класс рабовладельцев оставляет рабам только самый минимум, просто более вкусную, чем у нас, пайку.
— Что же имеют рабовладельцы?
— Ну это ты знаешь не хуже меня. Они, казалось бы, имеют все блага. Правильно? Правильно. Но следует признать, они имеют и повышенную головную боль. Это у них мы требуем свою пайку, это к ним мы приходим с лозунгами, а, говоря по-старому, устраиваем бунт. Сейчас все восторгаются дворянами, их кодексом чести. Но кто такие дворяне? Это люди, находившиеся на государственной службе и имевшие (какое емкое словцо!) за это чины, земли и рабов, если воспользоваться эвфемизмом, крестьян. Помнишь, как нынче называются люди, состоящие на государственной службе? Они называются чиновниками. По сути, они — те же дворяне, имеющие и чины, и земли (лучшие и обширные участки), и рабов (наемных рабочих). Спроси у любого пахана, какая мафия самая страшная? Он ответит: «Чиновничья!» То есть ситуация на протяжении веков не меняется. Причем, как показывает жизнь, нигде. Она приобретает только немножко другую форму. И чиновник (он же дворянин или рэкетир) всегда будет брать дань (оброк, взятки) с тех, кто слабее его.
— Может быть, ты сгущаешь краски?
— Может быть, я же не семи пядей во лбу. Но я так думаю.
— В рабовладельческом обществе существует, как ты говоришь, два класса. Так?
— Да. И несколько прослоек. Одна из них — самая заметная — это прослойка мастеров (или, в широком смысле, интеллигенции). Они обслуживают и рабовладельцев, и рабов. Мастера нужны всем. Подлый, кровожадный, но весьма наблюдательный человек Владимир Ильич Ленин был прав на сто процентов, когда писал: «Свобода буржуазного писателя, художника, актрисы есть лишь замаскированная (или лицемерно маскируемая) зависимость от денежного мешка, от подкупа, от самодержавия». Цитирую по памяти. Но точно. Это я еще в Высшем Номенклатурном Институте выучил. В тюрьме представителей искусства — талантливых! — называют сказочниками. Они рассказывают паханам (тамошним дворянам) веселые или поучительные истории (тискают рoманы), за это их не опускают и нормально кормят. Сказочники, равно как шуты при дворе, приближены к трону.
— Какие выводы?
— Ничего в мире особенно не меняется. И если этот мир устроен именно так, как устроен, то значит, в этом есть какая-то своя — пусть и зловещая! — логика. Выживут в наше очередное смутное время (помимо, разумеется, рабовладельцев) только сильные рабы (то есть крепкие профессионалы в той или иной области), надежда остальных только на свои дачные клочки земли. Может быть, это и грустно, но в какой-то степени и справедливо. А разве не землей должны заниматься люди, живущие в изначально крестьянской стране?
— А народ в целом выиграл от Перестройки или проиграл?
— Народ никто не спрашивал. И народ, конечно, проиграл. При Советах можно было ничего не делать и жить сносно. Медицина бесплатная, образование бесплатное. Пайку давали всем. А сейчас даже пайки на всех не хватает.
— Почему? Ведь пенсии платят.
— На пенсию не проживешь. Пенсионеры государству не нужны. И все делается для того, что они как можно скорее умирали. Содержать их убыточно. Выиграли единицы — олигархи, некоторые середняки. Ты, я думаю, тоже середняк. Ты выиграл от Перестройки?
