И вдруг он узнал свои игрушки: шахматную доску, бумажных солдатиков, старый телевизор, видеомагнитофон, из которого торчала заезженная пыльная кассета. Не может быть! В этой квартире он проживал с родителями и братом, когда ему не было и пяти лет. Вставив кассету в видеомагнитофон, Герман включил видео с запечатленными кадрами из его детства: мама кормит его кашей, а он морщит своё лицо. Как мило. Герман улыбнулся, он снова окунулся в детство. Вот он с отцом играет в бумажных солдатиков, отец на стороне французов, а он – генерал русской армии. А сейчас они едут на синем добром «москвиче». Смотря на себя со стороны, Герман переполнялся эмоциями и пытался вспомнить: о чём он думал тогда, сидя рядом с отцом. Из автомагнитолы доносилась душевная песня, смысл её был не понятен, но на душе было легко, в лицо дул попутный ветер, и вся жизнь ещё была впереди.
Кассету заело. Герман выключил и снова включил видеомагнитофон. На экране телевизора появилось уставшее лицо отца и тревожный голос. Сердце Германа забилось, словно он вернулся в прежнее время, когда был ребёнком и был счастлив. Отец из прошлого обращался к сыну в будущем, словно он знал, что Герман однажды придёт сюда. «Герман, – испуганно говорил отец. – Если ты меня слышишь сейчас, значит, ты сделаешь то, о чём я попрошу. Я знаю, что однажды ты упрекнёшь меня, что я был плохим отцом. И это так. Я всегда думал, что у меня в запасе тысячи жизней и я всё успею сделать. Я считал себя богом, и я ошибся. Все мои открытия настоящие и будущие, возможно, спасут мир. Но готово ли человечество к этим открытиям? Ты должен уничтожить всё, что я создал, потому что…»
