проходя их, и докажу, что я того достоин, Зевс простит меня и позволит мне снова стать богом.
Перси не выглядел убежденным, возможно потому что я не звучал убедительно. Я должен был
верить, что моя смертная кара является временной, такой же, как и предыдущие два раза.
Ещё Зевс написал строгие правила для бейсбола и для тюремных заключенных: три страйка – ты
выбываешь. Я мог только надеяться, что это меня не касается.
— Мне нужно время, чтобы сориентироваться, – сказал я. – Как только мы доберемся до Лагеря
Полукровок, я смогу посовещаться с Хироном и определить, какие из моих божественных сил
остались со мной в этом смертном обличье.
— Если вообще остались, – сказал Перси.
— Давай думать позитивно.
Перси сел обратно в кресло.
— Есть идеи, какого типа духи вас преследуют?
— Светящиеся шары, – ответила Мэг. – Они были светящиеся и типа... шарообразные.
Перси кивнул с серьезным видом.
— Эти самые худшие.
— Вряд ли это имеет значение, – сказал я. – Чем бы они не являлись, мы должны бежать. Как
только мы достигнем лагеря, магические барьеры защитят меня.
— А меня? – спросила Мэг.
— Ах, да, тебя тоже.
Перси нахмурился.
— Аполлон, если ты и правда смертный, ну типа, на все сто процентов, сможешь ли ты вообще
зайти в лагерь?
Семислойный соус начал пениться у меня в желудке.
— Пожалуйста, не говори так. Конечно, я смогу зайти. Я должен.
— Но ты теперь можешь пострадать в битве... – рассуждал Перси. – С другой стороны, возможно
монстры будут тебя игнорировать, потому что ты не важен.
— Стоп!
Мои ладони тряслись. Быть смертным и так достаточно травматично. Мысли о том, что я не
смогу войти в лагерь или о том, что я не являюсь важным... Нет. Этого просто не может быть.
— Я уверен, что сохранил часть своих сил, – сказал я. – К примеру, я всё ещё прекрасен, если бы
только смог избавиться от угрей или от жира на своих боках. У меня должны быть ещё
способности!
Перси повернулся к Мэг.
— А как насчет тебя? Я слышал, ты швыряешься злобными мусорными пакетами. А другие
навыки у тебя есть? Можешь призывать молнии? Заставлять туалеты взрываться?
Мэг улыбнулась с сомнением.
— Это не способность.
— Ещё какая способность! – сказал Перси. – Некоторые из лучших полубогов начинали именно
со взрывания туалетов.
Мэг захихикала.
Мне не понравилось, как она ухмыляется, глядя на Перси. Я не хотел, чтобы девчонка в него
втрескалась. Так мы вообще отсюда не уйдем. Как бы мне ни нравились блюда Салли
(божественный запах печенья сейчас доносился из кухни), я должен был торопиться в лагерь.
— Эмм, – я потер свои ладони. – Как скоро мы сможем уехать?
Перси взглянул на настенные часы:
— Да прямо сейчас, наверное. Если вас преследуют, то я предпочел бы иметь дело с монстрами у
нас на хвосте, чем слоняться туда-сюда по квартире.
— Хороший мальчик, – сказал я.
Перси кивнул с отвращением в сторону своих учебных пособий.
— Вот только к ночи мне надо вернуться. Приходится много заниматься. Первые два раза, когда
я сдавал SAT – аргх! Если бы не помощь Аннабет, то...
— Кто это? – спросила Мэг.
— Моя девушка.
Мэг нахмурилась. Я обрадовался, что рядом с ней нет мусорных пакетов, которыми можно
кидаться.
— Так сделай перерыв! – настаивал я. – Заодно проветришься по пути на Лонг-Айленд.
— Хах, – сказал Перси. – Это что-то типа логики для ленивых. Окей, я в деле.
Он встал как раз в тот момент, когда вошла Салли с тарелкой свежеиспеченных шоколадных
чипсов. По какой-то причине печенья были синими, но пахли они божественно (а я должен знать
этот запах). Я ведь и сам божество с небес.
— Мама, ты только не волнуйся, – сказал Перси.
Салли вздохнула:
— Ненавижу, когда ты так говоришь.
— Я всего лишь подвезу этих двоих в лагерь. И всё. Тут же вернусь.
— Где-то я это уже слышала.
— Я обещаю.
Салли посмотрела на меня, затем на Мэг. Её выражение лица смягчилось, как будто врожденная
доброта взяла вверх над беспокойством.
— Хорошо. Будьте осторожны. Было приятно с вами познакомиться. Пожалуйста, постарайтесь
не умереть.
Перси поцеловал её в щеку. Он потянулся за печеньем, но Салли отодвинула от него тарелку.
— О, нет, – сказала она. – Аполлон и Мэг могут взять по одному, но всё остальное я оставлю в
заложниках, пока ты не вернешься в целости и сохранности. И поспеши, милый. Будет стыдно,
если Пол съест их, когда вернется домой.
Перси помрачнел и повернулся к нам.
— Вы слышали это, ребята? Жизнь печенюшек зависит от меня. Если из-за вас меня прибьют по
дороге в лагерь, то я сильно разозлюсь.
К МОЕМУ ОГРОМНЕЙШЕМУ СОЖАЛЕНИЮ у Джексонов не было лука и колчана, поэтому
они не смогли одолжить его мне.
— Я плох в стрельбе, – объяснял Перси.
— Да, но я-то нет, – сказал я, – ты ведь должен иметь то, что мне нужно.
Салли одолжила Мэг и мне пару флисовых пиджаков. Мой был синий с надписью БЛОФИС,
вышитой внутри воротника. Быть может, это была защита от злых духов. Колдовство – не мое.
Геката бы поняла.
Как только мы дошли до Приуса, Мэг запрыгнула на переднее сидение, что стало еще одним
