О'Лири? Проходила ли сквозь тени китов? Этого я не знал.
Как и обед, ужин был совершенно обычным занятием. Когда стало темно, мы сели трапезничать
на одеялах, расстеленных вокруг очага, который полыхал теплом Гестии и охранял нас от
зимнего холода. Дракон Фестус обнюхал все домики вокруг, время от времени выдыхая в небо
огонь без видимых на то причин.
— Он получил небольшое ранение в Корсике, – объяснил Лео. – Иногда он вот так случайно
извергает пламя.
— Пока ещё он не спалил ничего важного, – добавила Калипсо, подняв одну бровь. –
Посмотрим, понравитесь ли вы ему.
Рубиново-красные глаза Фестуса мерцали в темноте. После стольких лет вождения золотой
колесницы управление драконом не должно было меня смущать, но у меня живот свело при
мысли о подобной поездке.
— Я планировал идти в одиночку, – сказал я им. – Пророчество Додоны говорит о бронзовом
пожирателе огня, но... я считаю это неправильным, просить вас рисковать своими жизнями. Вы и
так через многое прошли, чтобы добраться сюда.
Калипсо наклонила голову.
— Возможно, ты изменился. Это не похоже на того Аполлона, которого я помню. Ты
определённо менее симпатичный.
— Я всё ещё симпатичный, – запротестовал я. – Мне всего-то нужно избавиться от акне.
Она ухмыльнулась.
— Значит, ты остался всё таким же заносчивым.
— Прошу прощения?
— Ребята, – вмешался Лео. – Нам нужно сохранять дружеские отношения, если мы собираемся
путешествовать вместе.
Он прижал пакет со льдом к ушибленному бицепсу.
— Кроме того, мы и так планировали взять курс на запад. Мне нужно найти своих товарищей:
Джейсона, и Пайпер, и Френка, и Хейзел, и.... ну, я думаю, почти всех из лагеря Юпитера. Это
будет весело.
— Весело? – спросил я. – Трофонийский оракул, вероятно, ввергнет меня в смертельный ужас и
сумасшествие. И даже если я это переживу, остальные испытания будут без сомнения более
долгими, душераздирающими и, скорее всего, фатальными.
— Именно, – сказал Лео. – Весело. Хотя я сомневаюсь, что всё это путешествие стоит назвать
"Испытания Аполлона". Я думаю, мы можем окрестить его "Кругосветный Победный Тур Лео
Вальдеса".
Калипсо засмеялась и переплела свои пальцы с пальцами Лео. И пусть она больше не
бессмертна, она всё ещё сохранила в себе благородство и лёгкость, которые я не мог понять.
Может, она и скучала по своей силе, но выглядела искренне счастливой оттого, что была с
Вальдесом... оттого, что она молода и смертна, даже если это означало, что она может умереть в
любой момент.
В отличие от меня, она выбрала смертную жизнь. Она знала, что рискованно оставлять Огигию,
но она с готовностью это сделала. Не знаю, как она нашла в себе мужество.
— Эй, чувак, – сказал мне Лео. – Не будь таким угрюмым. Мы её найдём.
Я встрепенулся.
— Что?
— Твою подругу Мэг. Мы найдём её. Не беспокойся.
Внутри меня будто взорвался пузырь с концентрированной чернотой. В этот раз я не думал о
Мэг. Я думал о себе, и от этого я почувствовал себя виноватым. Возможно, Калипсо была права,
спрашивая, изменился ли я или нет.
Я посмотрел на безмолвный лес. Я вспомнил, как Мэг тащила меня в безопасное место, когда я,
мокрый и замерзший, был в бреду. Я вспомнил, как она отважно боролась с мирмеками и как
она, несмотря на свой страх освободить Зверя, приказала Персику потушить спичку, когда Нерон
хотел сжечь своих заложников. Я должен заставить её понять, каким злобным был Нерон. Я
должен найти её. Но как?
— Мэг знает пророчество, – сказал я. – Если она расскажет его Нерону, он также поймёт наш
план.
Калипсо откусила яблоко.
— Я пропустила всю эпоху Римской Империи. Насколько плохим может быть один император?
— Плохим, – уверил я её. – И у него союз с двумя другими. Мы не знаем наверняка, но
безопаснее полагать, что они в равной степени представляют угрозу. У них в распоряжении были
целые столетия, чтобы сколотить состояние, приобрести собственность, собрать армии. Кто
знает, на что они способны.
— Эх, – сказал Лео. – Нам удалось победить Гею за сорок секунд. Это же будет легче лёгкого.
Я, кажется, припоминаю, что сражению с Геей предшествовали месяцы страданий и пребывание
на волоске от смерти. Лео фактически погиб. Мне также захотелось напомнить ему, что
Триумвират заботливо подкинул нам предыдущие проблемы, связанные с титанами и гигантами,
что делало их могущественнее, чем все, с кем Лео сталкивался до этого.
Я решил, что упоминание об этом подорвёт боевой дух команды.
— Мы победим, – сказала Калипсо. – Мы должны. Поэтому победим. Я находилась в заточении
на острове тысячи лет. Я не знаю, как долго будет продолжаться эта смертная жизнь, но я
собираюсь прожить её на полную и без страха.
— Вот она, моя mamacita, – сказал Лео.
— Что я тебе говорила насчёт "mamacita"?
Лео застенчиво ухмыльнулся.
— Утром мы начнём собирать припасы. Как только я настрою Фестуса и поменяю масло, мы
можем отправляться.
Я подумал, чтобы мне взять с собой. Выбор был невелик: немного одолженной одежды, лук,
укулеле и чересчур театральная стрела.
Но сложнее всего будет прощание с Уиллом, Остином и Кайлой. Они так сильно помогли мне и
