- Поднимись та, что когда-то звалась Тиеной дель Нуэргос, дочерью Амико, дочери Ири, Клинком Рассвета из становища Имир! – голос Старейшей звенел прямо в голове у Лэйк, а в груди тяжело и звонко бухала Роксана. – Преклони колени, дель анай!
Словно во сне, Тиена медленно поднялась со своего стула, прошагала к Ахар и встала перед ней на колени, низко опустив голову. Она дышала тяжело, как будто только что завершила бой, и взгляд у нее был пустым.
- Волей Богинь и людей ты лишаешься имени и клана, рода и воинского сообщества! Отныне ты – Великая Царица анай, и воля твоя – закон для всех. Голосом твоим говорят Небесные Сестры, в руках твоих – Их сила, над головой твоей – Их святость. – Способная Слышать возложила ладони на голову Тиены, и во все стороны брызнуло нестерпимое золотое сияние, а прямо посреди лба Тиены появилась татуировка, казавшаяся частью ее кожи и бледно мерцающая золотыми пучками света, – широко открытое око. – Ты больше не принадлежишь себе и никогда принадлежать не будешь. Теперь ты – лишь длань и проводник Их воли. У тебя есть Держащая Щит?
- Есть, мани, – хрипло проговорила Тиена. – Мы обручились вчера вечером.
- Как только состоится свадьба, она станет Держащей Щит анай, – удовлетворенно кивнула Ахар. – А теперь поднимись, Великая Царица. На колени, царицы. Первыми принесите присягу той, кого отметили Богини.
Лэйк сползла со стула и встала на колени перед Тиеной, ощущая невыразимую силу внутри себя. Золотое сияние расходилось от Тиены… от Великой Царицы во все стороны, и Лэйк поняла, что дрожит всем телом, ощущая чью-то незримую, огромную будто небо волю, что придавливала ее к полу. Наркотик лишь усилил это чувство, но оно было здесь, явное и ощутимое физически. А из глаза во лбу Великой Царицы на нее смотрело что-то бесконечное, невыносимая безликая ширь, полная знания и силы. Небесные Сестры, вот же Вы! Вот же!..
- Я клянусь повиноваться во всем Великой Царице, клянусь нести ее волю, ее мысль, ее слово, – негромко заговорила Старейшая Способная Слышать, и все царицы хором повторяли за ней. – Я клянусь следовать за ней, куда бы она ни пошла, исполнять то, что она прикажет, не спорить и не перечить, ибо ее устами говорят Небесные Сестры. Я клянусь защищать ее до последней капли крови и отдать жизнь по первому же ее велению, если это понадобится. И пусть Небесные Сестры и Их Великая Мани Эрен будут свидетелями моей клятвы.
Как только слова отзвучали, Лэйк показалось, словно со всех сторон что-то стиснуло ее. Она не могла точно сказать, что это было, но как будто сеть набросили на все ее тело, а потом на миг стянули так, что и не вздохнуть, и отпустили. То ли так действовала клятва, то ли Божья воля, Лэйк не знала. Но зато и действие иллиума ослабло, позволив ей наконец-то нормально мыслить.
- Я принимаю вашу присягу, – хрипло проговорила над их головами Великая Царица. – И клянусь нести волю Богинь столько, сколько Они потребуют этого от меня.
Лэйк подняла голову, глядя на нее. Великая Царица стояла прямо, и лицо ее было спокойным, как гладь пруда. Что-то произошло сейчас с ней, Лэйк видела это, чувствовала, хоть и не могла сказать точно, что это было. Но что-то изменилось.
Золотое око во лбу Великой Царицы продолжало пульсировать в такт биению ее сердца, и это было так красиво, словно кто-то возложил на ее голову маленькое солнышко.
- Встаньте, дочери мои, – спокойно проговорила она, и одна за другой царицы поднялись на ноги, почтительно склонив перед ней головы.
- Время объявить волю Небесных Сестер, – проговорила Ахар, и Великая Царица кивнула.
Она первой вышла из шатра, и остальные последовали за ней. Лэйк еще успела поймать взгляд Магары и ее запах: гнева в нем не было, только веселье и азарт. Лаэрт хитро подмигнула ей и выразительно показала глазами на рукоять долора у нее на поясе. Лэйк хмыкнула в ответ. Магара была гораздо умнее многих и никогда не давала волю ярости по пустякам.
Громогласный рев тысяч глоток наполнил ночь. Увидев Великую Царицу, Первая Жрица раскинула крылья и принялась танцевать на месте под одной ей слышную музыку. Остальные анай колотили друг о друга оружием, подкидывали вверх шарфы и кричали имя «Тиена», хоть Великая Царица имени и не имела. Лэйк смотрела на их лица и видела искреннюю радость, чистую и сильную. Подавляющее большинство разведчиц здесь были Каэрос, но даже они кричали так, словно царица была возвышена из их клана. Впрочем, это было и неудивительно: Тиену любили многие.
В первом ряду стояли друзья Лэйк, Саира и Эрис. Сестра не сводила с Великой Царицы горящего взгляда, и в нем было столько любви, столько нежности и гордости, что Лэйк удивилась, почему еще вокруг не начал таять снег. Несколько мгновений они с Великой Царицей смотрели друг другу в глаза, а потом Эрис закрыла ладонями лицо и заплакала, и слезы ее собирали в себя свет звезд, сверкая, будто роса на тонких стебельках травы ранним утром в горах.
- Усиль мой голос, – повернулась Великая Царица к Ахар, и Старейшая склонила голову, отвечая:
- Сделано, первая.
