Сын Хранителя тоже был здесь, стоя недалеко от стола переговоров рядом со своим братом Ханом. Они были похожи, как две капли воды, и при этом – совершенно разные. Лицо Хана было спокойным и мягким, не лишенным эмоций, но расслабленным, в то время, как Кирх все также продолжал хмурить свои черные брови, задумчиво поглядывая по сторонам. И только когда его глаза обращались на Тьярда, в них появлялось что-то такое сильное, такое гордое и нежное, что Лэйк сразу же чувствовала себя неловко оттого, что тоже видит это. Царь Небо сдержал свое обещание, данное Кирху давным-давно, и теперь многое должно было измениться в жизни народов вельдов и кортов. Ведущий Хан принял предложение царя Небо и согласился стать также и Хранителем Памяти народа вельдов, чтобы соединить две линии истории и два народа в одно целое, и Кирху больше ничего не мешало выйти замуж за Тьярда и стать супругом Неба. И это тоже было хорошо.
За спиной братьев стоял их отец, нынешний Хранитель Памяти Верго. Лэйк много чего слышала о нем от Тьярда, и теперь с любопытством разглядывала его. Лицо его было сильным и светлым, и даже печать усталости и болезни не меняла этого ощущения. Он держался прямо, и его выбеленные сединой волосы, в которых остались лишь редкие черные прядки, спадали на плечи густой волной. Тьярд говорил, что именно этому человеку вельды обязаны миром с анай, и когда Верго почувствовал ее взгляд и повернулся к ней, Лэйк слегка кивнула ему. Поколебавшись, он кивнул в ответ.
Со стороны вельдов здесь не хватало только Дитра, и Лэйк отстраненно поняла, что его кончина опечалила ее. Рассудительный и спокойный ведун успел своими поступками внушить уважение к себе, не говоря уже о том, что благодаря его помощи, была выиграна и эта битва. На церемонии Прощания со всеми павшими, которую они провели на рассвете следующего дня после битвы, Лэйк, среди прочих, прощалась и с ним, и делала это от души. Для их общей победы Дитр отдал все без остатка, и Лэйк ценила его жертву, твердо веря в то, что оценили ее и Богини.
С другой стороны стола по обе стороны от Великой Царицы сидели выжившие Боевые Целительницы во главе с Найрин. Нимфа вся так и лучилась светом, словно зимнее яркое солнце впиталось, вплавилось прямо в ее кожу и еще глубже, наполнив тело какой-то золотистой легкостью. Теперь, когда Листам не стало, она была Первой Целительницей анай – специально для нее Тиена сделала это звание официальным. Форма на ней была белоснежной и сидела, как влитая, подчеркивая серебро волос, а зеленые глаза Найрин улыбались, рассыпая лучики смеха. За ее плечом стояла Торн, которая теперь не отходила от нее ни на шаг, и Лэйк подозревала, что на следующий День Солнца они обменяются клятвами верности.
Роксана Пресветлая, у нас будет следующий День Солнца. Будет, потому что Ты не оставила Своих дочерей. Ей казалось, что за это можно благодарить бесконечно.
По обе стороны от Найрин сидели усталые донельзя, израненные, но живые Ратум и Фатих. Последняя уже успела привести из Рощи Великой Мани в лагерь анай Леду, совершенно очумевшую от всего происходящего, но так и лучащуюся счастьем. Учитывая ее боевые заслуги, Магара сделала официальное заявление о том, что дель Каэрос переходит в клан Лаэрт и получает звание первого клинка левого крыла Дочерей Воды, и теперь к Леде приставили аж двух старых разведчиц, которые должны были наставлять ее в традициях и обычаях клана Лаэрт. Правда, те не очень-то и понимали, зачем оно нужно: Леда и так провела последние месяцы в обществе почитай что одних Лаэрт и знала о них столько же, сколько и они сами. Поэтому, вместо того, чтобы учиться, они втроем все больше пьянствовали и делились воспоминаниями о молодости, а в россказнях Леде никогда не было равных. К ней должны были приставить и Способную Слышать, чтобы наставляла в культе, однако ее место заняла Фатих, заявив, что с этим она и сама прекрасно справится.
Тема была чересчур щекотливой, и Лэйк бросила косой взгляд на стоящую рядом с ней Саиру. Дочь Воды откровенно скучала, сложив на груди руки и постукивая одной ногой по полу. Нос ее был вздернут, а глаза очень недобро смотрели на окружающих. Лэйк попробовала себе представить, что будет, если она заявит Саире, что та тоже должна учиться у ведьм и разведчиц, что значит быть Каэрос, и сразу же прекратила об этом думать. Проще предложить Псарю ромашку и ждать, когда в ответ он подарит тебе одуванчик. Я только-только выкарабкалась из одной смертельной западни, чтобы влезать в другую. Ахар как-нибудь смирится. Ничего не поделаешь.
