– Она пришла за детенышем, Ян, – прошептала Сара.
– Ну, черт возьми, и что теперь?
Они прижимались к полу, стараясь не попасться на глаза динозаврихе.
– Как можно передать ей детеныша?
– Может, выпихнуть через дверь?
– А если они на него наступят?
– А нам какая разница!
Тираннозавриха за окном издала серию нежных звуков, завершив ее низким угрожающим рыком.
– Сара…
Но Сара неожиданно встала во весь рост, глядя прямо на динозавра. И заговорила тихим успокаивающим голосом:
– Все хорошо… все в порядке… малыш здоров… Я сейчас развяжу его… Вот увидишь…
Огромная голова тираннозавра заслонила все окно. Сара увидела, как напряглись могучие мышцы шеи. Челюсти медленно задвигались. Руки Сары тряслись, пока она распеленывала детеныша.
– Вот и хорошо… Твой ребенок в порядке… Видишь, все нормально…
Скорчившись у стены, Малкольм прошептал:
– Что ты делаешь?
Она ответила, не меняя интонации:
– Я понимаю, что звучит это глупо… Но со львами это срабатывает… иногда… Вот и все… Малыш свободен…
Сара развернула одеяло, сняла кислородную маску, продолжая спокойно и неторопливо приговаривать:
– Так… теперь нужно просто… – И закончила, взяв малыша на руки: – …просто отдать его тебе.
Внезапно самка тираннозавра отвела голову и ударила в стекло, которое покрылось белой паутиной трещин. Окно сразу сделалось непрозрачным, но Сара отчетливо увидела надвигающуюся тень, и тут же последовал второй удар. Стекло вылетело из рамы. Сара выронила малыша на стол и отскочила. В трейлер всунулась окровавленная морда тираннозавра. Самка порезалась об осколки стекла. Но тут же ее ярость улеглась, и она начала действовать осторожнее. Тираннозавриха принялась обнюхивать дитя от головы до кончика хвоста. Дойдя до повязки, динозавриха принялась быстро лизать фольгу. Наконец она аккуратно опустила нижнюю челюсть на малыша и так замерла. Лишь моргала огромными глазами, не сводя взгляда с Сары.
Малкольм лежал на полу и смотрел, как по оконной раме ползут капли крови. Он начал было подниматься, но Сара наклонила его голову обратно.
– Тс-с, – прошептала она.
– Что там?
– Она проверяет его сердцебиение.
Тираннозавриха фыркнула, открыла пасть и осторожно взяла малыша в зубы. Потом медленно попятилась, протаскивая детеныша сквозь разбитое окно.
Динозавриха положила свою ношу на землю, так что Малкольм и Сара не видели, что произошло дальше. Чудовище наклонилось, и его голова тоже пропала из виду.
– Он проснулся? – прошептал Малкольм. – В смысле, детеныш проснулся?
– Тс-с-с!
Снаружи донеслись легкие хлопки, которые сопровождались тихим рокотанием материнской глотки. Сара встала на цыпочки, стараясь разглядеть, что там происходит.
– Что там? – снова поинтересовался Малкольм.
– Она лижет его. И толкает мордой.
– И?
– И все. Лижет и толкает.
– А малыш?
– Никак. Просто перекатывается, как мертвый. Сколько морфия мы вкатили ему в последний раз?
– Откуда я знаю?
Малкольм не стал подниматься с пола. Он лежал и вслушивался в рычание и мурлыканье огромного животного. Наконец, когда, казалось, прошла целая вечность, раздался высокий пронзительный писк.
– Он просыпается! Ян, он просыпается!
Малкольм встал на колени и выглянул из окна как раз тогда, когда самка брала детеныша в пасть. Динозавриха направилась к деревьям.
– Что это она?
– Наверное, идет домой.
Второй тираннозавр направился следом за первым. Малкольм и Сара смотрели вслед уходящим динозаврам.
Малкольм обмяк.
– Еще бы чуть-чуть…
– Да, – вздохнула Сара, – еще бы чуть-чуть.
И вытерла окровавленные руки.
На вышке Торн кричал в переговорник:
– Ян! Ян, где вы? Ян!
– Наверное, он выключил радио, – предположила Келли.
Пошел дождь, забарабанив по металлической крыше хижины. Левайн не сводил прибор ночного видения с трейлера. Вспыхнула молния.
– Ты видишь, что делают динозавры? – спросил Торн.
– Я вижу, – отозвался Эдди. – Кажется… кажется, они уходят!
Все воспряли духом.
Один лишь Левайн оставался молчаливым и сосредоточенным.
– Все в порядке, Ричард? – спросил его Торн. – Да?
– Не уверен, – ответил Левайн. – Боюсь, что мы допустили серьезную ошибку.
Малкольм следил сквозь разбитое окно за уходящими динозаврами. Сара стояла у него за спиной и молчала. Не отводя глаз от зверей.
Начался дождь, в незащищенное окно попадала вода. Небо прорезала яркая молния, осветив гигантских животных на краю поляны. Вдалеке зарокотал гром.
Возле ближайшего большого дерева динозавры остановились и положили детеныша на землю.
– Почему они так делают? – забеспокоилась Сара. – Они же должны вернуться к гнезду.
– Не знаю, может…
– Неужели детеныш умер?
Но нет, при следующей вспышке молнии они увидели, что малыш шевелится. Значит, жив. Он заверещал, когда один из родителей взял его в зубы и разместил на развилке дерева, высоко над землей.
– Только не это, – замотала головой Сара. – Мы ошиблись, Ян. Это было ошибкой.
Самка тираннозавра какое-то время возилась с детенышем, устраивая его поудобнее. Потом она повернулась, распахнула пасть и страшно заревела.
Самец заревел в ответ.
И оба динозавра на полной скорости помчались к трейлеру.
– Боже, – простонала Сара.
