- Да. Он приходил в госпиталь. Батальон не целый, их должно быть чуть меньше сотни.
- Что ещё говорил?
- Хвалился, что очищали Латвию от евреев и приспешников коммунистов.
- Как очищали?
- В лагеря отправляли.
- Что-то, после сегодняшнего, слабо верится.
- Ты думаешь...
- Не знаю. Ещё что-нибудь?
- Вроде всё.
Глава 9.
До конца её дежурства оставалась пара часов, так что, снабдив ключами от дома, Ольга выпроводила меня. К её приходу, как сумел, нажарил картошки с салом и репчатым луком.
- Ух ты, какой запах, - Оля заскочила в дом, стягивая на ходу пальто и сбрасывая валенки, обутые в калоши. - Прямо мечта гастроэнтеролога. Не может быть, варенье! А у меня чай есть, настоящий! А это что, масло? И творог? Я стану толстая и некрасивая, вот! Сейчас, только освобожусь от этого амбре.
Показала язык и побежала переодеваться. От неё, и правда, пахло лекарствами и ещё чем-то более неприятным, то ли карболкой, то ли ещё какой химией.
- Ой, ты даже бойлер нагрел! - раздалось из глубины дома. - Молодец!
- Погоди, там вода, небось, еле тёплая - я его только недавно растопил.
- Это лучше чем холодная!
У хозяйки нашёлся даже суп, он стоял на холодной террасе. Кастрюля была погружена в наполненный снегом тазик, а крышка прижата здоровым камнем.
- От кого еду прячешь?
- Крысы. Никакого сладу с ними нет. Кошку что ли завести.
- Кошки вроде крыс не ловят, только мышей.
- Пусть для запаха, хотя некоторые и могут, но узнать это можно, если только взрослую брать. А вот коты, те точно не ловят.
- Ну да, у них других, более важных, дел хватает.
- Ага, все вы готовы за счёт слабого пола выехать.
- Да ты, никак, феминистка?
- Каким-каким словом меня сейчас обозвал?
В общем, ужин прошёл в тёплой атмосфере взаимного уважения.
Когда лежали в постели, уже отдышавшиеся после бурного проявления чувств, Оля, положив голову мне на грудь, тихо спросила.
- Кость, когда это всё закончится?
- Не знаю. Честное слово.
- А как думаешь?
- Судя по тому, что происходит под Москвой, немцы выдохлись. По крайней мере, зимой они наступать не смогут. А вот наши, - замолчал, обдумывая, что сказать дальше. Ну не стратег я, тем более при таком критическом недостатке информации. - Если наши смогут зимой организовать несколько котлов, таких же что нам устроили, то весной немцы покатятся обратно, а может и зимой. Хотя шансов повторить первую Отечественную и немного.
- Ты веришь, что мы победим?
- Абсолютно.
Эх, мне бы на самом деле ту уверенность, с которой говорю.
- В крайнем случае, в сорок третьем должно всё закончиться.
Утром бриться не стал, отредактировал снова физиономию и отправился к старому доброму знакомому. Смотри-ка, ничего в этом мире не меняется, окромя, естественно погоды. Дворик в этот раз был покрыт изрядно вытоптанным снегом, а на той же скамейке сидели и курили, похоже, те же два бездельника. В этот раз они, разумеется, вскакивать и отдавать честь не стали. Пара минут ушла на то, чтобы втолковать служивым, что я хочу предложить господину интенданту очень хорошие доски, брусья и дрова. Больше всего им, по-моему, понравилось упоминание дров, после которого они решили, что я могу пройти. Сопровождать меня пошёл один из солдат.
- Вайгель, что случилось? - послышался из-за двери, за которой скрылся солдат, оставив меня на лестнице, знакомый голос.
- Господин интендантуррат, тут русский. Предлагает дрова и прочие пиломатериалы. Впустить?
- Пусть войдёт.
Кабинет Огюста тоже не претерпел особых изменений. Пока солдат спускался по лестнице, я, путая немецкие и русские слова, нёс пургу про хорошие доски. Офицер морщился, пытаясь разобрать мой бред.
- Да, и ещё, - перешёл на нормальный немецкий. - Вам привет от цугфюрера Пауля Фриша.
Думал, интенданта удар хватит - он аж позеленел, а лицо покрылось потом. Нехреновый такой гормональный всплеск - долго, небось, напряжение копилось, а сейчас произошёл прорыв. Как бы кони не двинул.
- Но... Он же... Погиб...
- Когда?
- Попал в бандитскую засаду...
- А, это когда мы Блюме грохнули? И чего, тело нашли? Опознали?
- Нашли... Опознали с трудом... Сильно обгорел...
- Какое несчастье! Значит, мы всё хорошо сделали. А Пауль жив, не волнуйтесь. Ну, точнее не сам Пауль, а тот, кто к вам приходил под его личностью. Он уже давно в Москве, а может и ещё где. Работает! А вот документы, что вы выписали на груз, точнее на два груза, они здесь - недалеко, и могут быть в любой момент предоставлены куда следует. Документы вы хорошо составили - всё до самого последнего килограмма учтено. Как вы думаете, это концлагерь или виселица? Да, забыл сказать, груз далеко не ушёл - ни в Варшаву, ни Краков, он тут недалеко - в партизанском отряде. Все партизаны, от командиров, до самого последнего рядового бойца, крайне признательны вам за помощь. Как бы они без неё врага били? Так что, наверное, всё-таки виселица!
Если бы передо мной сидел не враг, то я, вполне вероятно, его даже пожалел. Вид у интенданта был - краше в гроб кладут.
