Как ни старалась, Мариэль не удалось избежать общения с Малвелем. Не то чтобы она старалась, но, увидев его еще в начале праздника, не подходила. Пока он сам ее не заметил. Как и обещала себе, Мариэль не затрагивала их последнюю тему разговора. Видимо почувствовав, что говорить об этом ей не удобно, Малвель тоже вел себя как ни в чем не бывало. При этом у них не возникало неловких пауз в общении. Как и раньше они непринужденно беседовали и хорошо проводили время в компании друг друга.
Свадьба праздновалась несколько дней. И когда пиры закончились, Мариэль отправилась в путешествие по достопримечательностям Вакрохалла. Повезло, что Малвель не стал напрашиваться составить ей компанию. Хотя она по глазам его видела, как сильно он того хочет, но следую приличиям, он молчал, надеясь, что Мариэль сама его пригласит.
Она звала с собой Златоэориса, но он отказался. Мальчику нужно было закончить обучение, после чего он хотел отправиться в Джевелию. Странствия ради удовольствия и видов его не манили. Потому Мариэль и отправилась в одиночку. Правда перед отъездом Лафитлин заставила ее пообещать присылать письма хоть раз в неделю. Принцесса выучила письменность родного языка Мариэль и предложила переписываться на нем. Что бы никто иной не смог прочитать.
Мариэль ждал долгий, но увлекательный путь. Распрощавшись с друзьями, она взмыла в небо верхом на пегасе.
***
Летним вечером Мариэль гуляла по берегу большого озера. В него впадала седьмая река Вакрохалла – Иле. Западный берег был бугристым. Там заканчивался лес и начинались, поросшие травой, холмы. Мариэль добралась до северо-западной границы Вакрохалла. Десять миль на запад и начинались земли Фрикарда. Сто на север – тайга, а за тайгой Холодное море.
Ничего не нарушало тишину наступающей ночи. Разве что едва различимый шелест ветерка и всплеск прибоя. Палатка уже была готова, хворост для костра кучей лежал рядом, Лира паслась неподалеку. Мариэль решила пройтись вдоль берега, любуясь восходящей луной, оставляющей белую дорожку света на глади озера. Пройдясь по кромке воды, она углубилась в лес. Деревья подступали к самой воде, окуная в нее корни. В тени деревьев Мариэль встречались ночные хищники: милые ежики и желтоглазые совы. Блуждая по лесу, Мариэль вдруг ощутила на себе чей-то тяжелый взгляд. Она резко развернулась, положив руку на рукоять меча. Ей не раз за этот год доводилось встречать в Вакрохалльском лесу диких зверей и разбойников. Однажды зимой она повстречала медведя-шатуна, от которого ей помог отбиться вор, пытавшийся ее ограбить за минуту до нападения зверя. Воришку, который оказался весьма приятной девушкой, Мариэль накормила и дала немного золота, что бы не замерзнуть зимой на смерть.
Но сейчас ей, наверное, показалось. Никого небыло, кругом все так же тихо. Не тут то было. Как по заказу в кармане задрожал один из подарков Тасфиака. Появилось давно забытое дурное предчувствие. Повинуясь ему, Мариэль сняла с руки браслет-змейку и та тут же ожила. «Действуй сама. Если на меня нападут, кусай»- приказала она Рагнильде. Змея тихо соскользнула на землю, не издавая ни звука, ползла у ног Мариэль, которая решила возвращаться к палатке.
Камешек не успокаивался, дрожа все сильнее, но вокруг было спокойно, и Мариэль никого не видела. Она даже зажгла волшебный фонарик, что бы лучше видеть. И в тот момент раздался приглушенный рык. Из-за куста можжевельника выскочило нечто с красными глазами и острыми как бритва зубами, накинувшись на Мариэль. Она отскочила, вытаскивая на ходу Тайвос из ножен. Развернулась к зверю. Только теперь она смогла разглядеть его. Черная пума. Огромная кошка снова прыгнула на Мариэль, выбросив вперед когтистые лапы. Мариэль опять увернулась. Рогнильда ничем помочь не могла, бесцельно ползая по земле, не в силах вцепиться в зверя. Пума слишком быстро двигалась для этого. Недовольно рявкнув, кошка снова бросилась на добычу, которую успела порядком измотать. Но тут что-то сбило саму пуму. Что-то, а вернее кто-то, налетел на нее, перехватив хищника в полете, и они оба повалились на землю. Мариэль разглядела человеческий силуэт и поспешила на помощь. Незнакомец выхватил нож из-за пояса, прижав зверя к земле. Однако пума сдаваться не собиралась, она пыталась добраться до него зубами и когтями. И когда в ее грудь вонзился нож, она, душераздирающе рыча, извернулась и сбила незнакомца лапой. Тот отлетел на несколько метров, врезавшись в дерево. Мариэль подскочила к раненому зверю, но тот унесся прочь, оставляя дорожку крови.
Оставив зверя в покое, Мариэль бросилась к незнакомцу, что без сознания лежал на земле. Но стоило ей прикоснуться к нему, он вскрикнул и поднял меч над головой. Мариэль отшатнулась от него, а Рогнильда, расценив это как нападение не хозяйку, вонзила в него ядовитые клыки.
