Я же, следуя его указанию, лежала на боку, с трудом сдерживая подкатившие слёзы. Слёзы от безысходности и от унижения, которое мне пришлось испытать пару минут назад. От того, что в дальнейшем мне, возможно, ещё не раз и не два придётся переступить через себя в угоду Жданову. В эти минуты я даже пожалела о том, что Затмение не коснулось меня. Пожалуй, именно мне железная воля пригодилась бы сейчас, как никому другому из базистов.
Через полчаса пришла медсестра. Обработав рану на спине, она всадила мне укол с обезболивающим, который выбил меня из колеи ещё на пару часов. Таким образом, только лишь когда начало смеркаться, я снова нашла в себе силы, чтобы подняться с койки. Виталик, всё это время стороживший мой покой за дверью, заметив, что я встала, принёс мне мою одежду. Вернее то, что от неё осталось. Впрочем, этого было вполне достаточно, чтобы преодолеть расстояние до основного корпуса.
До номера я добралась без приключений. По пути мне встретилось всего несколько базистов, чьё внимание я никак не привлекла, даже своим потрёпанным видом.
Я медленно открыла дверь своего номера и прошла внутрь. Остановившись посреди комнаты, я огляделась. Всё вокруг было такое милое и родное, и мне с трудом верилось, что за пределами этих стен произошли такие глобальные изменения. Мои вещи были разбросаны по комнате вперемешку с вещами Жана. Казалось, и сам Жан появится здесь с минуты на минуты. Выйдет из душа в набедренном полотенце, с мокрыми взъерошенными волосами и обнимет меня. Только в эту секунду я почти физически ощутила, как мне его не хватает, и осознала, что теперь неизвестно когда я увижу его снова и тем более смогу его обнять.
Я аккуратно, чтобы хоть чем-то себя занять и отвлечься от грустных мыслей, начала складывать вещи в стопку. Перебирая одежду Жана, я утыкалась носом в каждую вещь и жадно вдыхала запах его тела, который всё ещё хранила материя.
Наведя порядок в комнате, я, немного утомлённая, легла на кровать. Выходить из номера сегодня вечером желания не было. Может быть, неплохо было бы разыскать Ларису, но не хотелось снова надевать маску безразличия и, рискуя вызвать чьи-либо подозрения, бродить по корпусу.
Уснуть тоже долго не получалось. Действие обезболивающего прошло, и теперь всё тело ныло и саднило от свежих ран. Долго ворочаясь на кровати, я наконец нашла удобное положение и начала проваливаться в сон. В самый последний момент, перед тем как уснуть, я подумала, что наутро, возможно, окажется, что всё произошедшее было лишь ночным кошмаром.
Надежды мои, естественно, не оправдались. От этого тягостного осознания утром даже не хотелось вставать с кровати. К тому же серое небо за окном и клонящиеся к земле деревья говорили о том, что день сегодня, не в пример вчерашнему, выдался хмурый и холодный. Однако, памятуя об обещании Жданова зайти ко мне утром, я понимала, что вылезти из-под одеяла всё-таки придётся: порядочным зомби, наверное, не свойственно нежиться в постели до полудня. И всё же предстоящий визит Влада недостаточно мотивировал на ранний подъём. Тогда я подумала, что нахожусь в несравнимо более выигрышном положении, чем большинство базистов. Мои мозги на месте, но в то же время меня не держат где-то взаперти. У меня есть как минимум один союзник в лице Ларисы. Кроме того, предстоит разыскать Жанку и попытаться выяснить, подверглась ли она Затмению. И есть Жан, которому я должна попытаться помочь, чего бы мне это ни стоило.
У меня пока не было никакого плана действий. Но, обрисовав для себя чёткие цели дальнейшего существования на базе, я решительно встала с кровати и направилась в душ. Тёплые струи воды приятно согревали тело, и, несмотря на ощущение лёгкого жжения в местах, где порезы ещё не зажили, придавали мне ещё больше решимости.
Из ванной комнаты я вышла уже в более приподнятом расположении духа. Порылась в шкафу в поисках одежды, соответствующей хмурой погоде за окном. Выбрала серое шерстяное платье с широким воротом, натянула тёмные непрозрачные колготки и тёмно-фиолетовые ботильоны. Оглядела себя в зеркало. Получилось довольно строго, ничего лишнего. Пожалуй, наряд вполне соответствовал ситуации. Волосы я заплела в толстую небрежную косу и перекинула на плечо. Длинная прямая чёлка прикрывала ссадину на лбу. Теперь вроде бы ничто в моём внешнем облике не напоминало о недавнем падении в озеро.
Появления Жданова долго ждать не пришлось. Часы ещё не показывали девяти утра, когда раздался громкий стук в дверь, которая в то же мгновение резко распахнулась.
Ну, конечно, подумала я, теперь он может любую дверь здесь открывать с ноги, не дожидаясь ответа, и никто ему слова не скажет.
Жданов тоже утеплился. На нём были тёмные брюки и коричневый свитер грубой крупной вязки, из-под которого выглядывал воротничок светло-голубой рубашки.
– Маргарита! – присвистнул он. – Как непривычно видеть тебя собранной в столь ранний час! Честно говоря, я думал, ты ещё болеешь.
Влад сделал многозначительную паузу, и я поняла, что должна что-то ответить.
– Я чувствую себя намного лучше, чем вчера.
