Мои пальцы обнаружили нечто гладкое и холодное. Его руку.
— На этот раз, ты действительно проснулась? — прошептал он.
— М-м, — выдохнула я в ответ. — Было много ложных пробуждений?
— Ты была очень беспокойна — разговаривала весь день.
— Весь день? — я моргнула и снова посмотрела на окно.
— У тебя была долгая ночь, — успокоил он меня. — Ты заслужила день в кровати.
Я села и моя голова закружилась. Свет из окна падал с запада.
— Ого.
— Голодная? — догадался он. — Хочешь завтрак в постель?
— Справлюсь сама, — простонала я, снова потягиваясь. — Мне надо встать и размяться.
До кухни он вел меня за руку, осторожно присматривая, как будто я могла упасть. Или, может, он думал, что я еще не проснулась и хожу во сне.
Никаких ухищрений с завтраком — просто закинула пару «Поп-Тартс» в тостер. Мимоходом глянув на свое отражение в хромированной поверхности тостера, я воскликнула:
— Ну и видок у меня.
— Была долгая ночь, — снова сказал он. — Тебе следовало остаться и выспаться.
— Ага! И все пропустить. Знаешь, тебе пора свыкнуться с тем фактом, что я теперь часть твоей семьи.
— Возможно, к этому, я смогу привыкнуть. — улыбнулся он.
Я села завтракать, Эдвард уселся рядом. Уже собираясь отправить в рот «Поп-Тартс», я заметила, что он внимательно смотрит на мою руку. Только сейчас я обнаружила, что все еще ношу подарок Джейкоба врученный мне на вечеринке.
— Можно? — спросил он, укащывая на маленького деревянного волка.
Я шумно сглотнула:
— А, конечно.
Он просунул руку под браслет с подвеской и взвесил маленькую фигурку на своей белоснежной ладони. В какой-то момент, я почувствовала страх. Одним легким движением он мог превратить фигурку в щепки.
Но, конечно же, Эдвард не сделал бы этого. Я устыдилась своих мыслей. Он просто подержал волка на ладони и отпустил. Фигурка слегка качнулась, задев мое запястье.
Я попыталась понять выражение в его глазах. Все, что я смогла увидеть, это задумчивость — все остальное, если и было что-то еще, он умело спрятал.
— Джейкоб Блэк может дарить тебе подарки.
Это не был вопрос или обвинение. Просто констатация факта. Но я знала, он мысленно обратился к моему последнему дню рождения и к тому, как я бесилась из-за подарков; я не хотела ни одного. Особенно от Эдварда. Это было абсолютно не логично, и, конечно, все равно на мои просьбы никто не обратил внимания…
— Ты дарил мне подарки, — напомнила я ему. — Знаешь ведь, что я люблю самодельные.
На секунду он поджал губы. — А как насчет подержанных? Они принимаются?
— Что ты имеешь в виду?
— Этот браслет, — Эдвард пальцем обвел мое запястье. — Ты будешь носить его?
Я пожала плечами.
— Потому что, ты бы не хотела обидеть Джейкоба, — проницательно предположил он.
— Конечно, думаю так.
— В таком случае, не думаешь ли ты, что будет справедливо, — сказал он, смотря вниз на мою руку. Перевернул ее ладонью вверх, и пробежался пальцами по венам моего запястья. — если я тоже подарю тебе кое-что на память?
— На память?
— Подвеску на браслет — чтобы напоминала тебе обо мне.
— Ты, и так, в каждой моей мысли. Мне не нужны напоминания.
— Если я дам тебе кое-что, ты будешь носить это? — настаивал он.
— Подержанная вещь? — уточнила я.
— Да, нечто, что хранилось у меня некоторое время. — он ангельски улыбнулся.
Если, это была всего лишь реакция на подарок Джейкоба, я могла с радостью принять подарок. — Что угодно, лишь бы осчастливить тебя.
— Ты заметила дискриминацию? — спросил он, и его голос зазвучал обвиняющее. — Потому что, я определенно заметил.
— Какую еще дискриминацию?
Его глаза сузились. — Все имеют право дарить тебе подарки. Все, кроме меня. Я бы с удовольствием подарил тебе подарок на выпускной, но я не сделал этого. Потому что знал — ты расстроишься. Это совершенно несправедливо. Как ты объяснишь свое поведение?
— Легко. — я пожала плечами. — Ты, важнее всех остальных. И ты даришь мне себя. Это уже больше, чем я заслуживаю, и что бы ты мне не дарил, все только усиливает дисбаланс.
Он какое-то время обдумывал сказанное мной и затем закатил глаза. — То, как ты относишься ко мне — просто нелепо.
Я спокойно жевала свой завтрак. Я знала, он не стал бы слушать, если я скажу ему, что он понимает все неправильно.
Зазвонил телефон Эдварда.
Прежде чем ответить, он посмотрел на номер звонившего абонента.
— Элис, что случилось?
Он слушал, и я, неожиданно занервничав, ждала его реакции. Но, что-бы она не сказала, это не оказалось для него новостью. Эдвард пару раз вздохнул.
— В общем, я так и предполагал, — сказал он ей, глядя мне в глаза, неодобрительно выгибая бровь. — Она говорила во сне.
Я вспыхнула. И что теперь я сказала?
— Я позабочусь об этом, — пообещал он.
Он посмотрел на меня, когда закрыл телефон. — Ты мне ничего не хочешь рассказать?
