— Чарли спокойнее чувствует себя, притворяясь и проглатывая твои байки. Он лучше будет врать сам себе, чем взглянет правде в глаза. — усмехнулся Эдвард.
— Но что чужого ты мог захотеть? — с сомнением спросила я. — У тебя же есть все.
— Я возжелал тебя. — его улыбка омрачилась. — У меня нет права желать тебя — но я все равно, получил то, что хотел и взял тебя. И сейчас, погляди, в кого ты превратилась! Пытаешься совратить вампира. — он покачал головой в притворном ужасе.
— Ты не можешь возжелать того, что и так уже твое — просветила я его. — Кроме того, я думала ты беспокоишься о моем целомудрии.
— Это так. Если уже слишком поздно для меня … Что ж, пусть, я буду проклят, никакого каламбура, но не позволю им забрать и тебя, тоже.
— Ты не можешь заставить меня идти туда, где не будет тебя, — заявила я. — В моем понимании, это и будет ад. В любом случае, у меня есть простое решение проблемы: давай, просто никогда не умрем?
— Звучит довольно просто. Почему, я не подумал об этом раньше?
Он улыбался мне, пока я не сдалась, яростно выдохнув. — Значит так. Ты не будешь спать со мной, пока мы не поженимся.
— Технически, я никогда не смогу спать с тобой.
Я закатила глаза. — Очень взрослое замечание, Эдвард.
— Но, что касается другого, да, ты поняла все верно.
— Я считаю, у тебя есть скрытый мотив.
Его глаза невинно расширились. — Еще один?
— Ты знаешь, это может ускорить ход событий, — обвинила я.
Он попытался не улыбнуться. — Есть только одно событие, с которым я хочу поторопиться, а остальное может ждать вечно… но, правда, твои нетерпеливые человеческие гормоны, мои самые сильные союзники в этом деле.
— Я не могу поверить, что выдержу это. Когда я думаю о Чарли … и Рене! Ты можешь представить, о чем подумает Анжела? Или Джессика? Ух. Я уже слышу сплетни.
Он поднял бровь, посмотрев на меня, и я знала почему. Какая разница, что они обо мне подумают, если я скоро уеду и не вернусь? Неужели, я настолько чувствительна, что не смогу вытерпеть несколько недель косых взглядов и наводящих вопросов?
Может, это докучало сильнее, потому что я знала, что говорила бы также снисходительно, как и все остальные, о какой-то другой девушке, которая выходила бы этим летом замуж.
«Фу. Выйдет замуж этим летом!» — меня передернуло.
И, может быть, если бы меня воспитали иначе, это не докучало бы мне так сильно, но я содрогалась только от одной мысли о замужестве.
Эдвард прервал мой самоанализ:
— Торжество не обязательно должно быть большое. Мне не нужны фанфары. Тебе не надо будет всем рассказывать или что-то менять. Мы поедем в Вегас — ты можешь надеть старые джинсы, и мы поедем в часовню, где даже из машины не нужно будет выходить. Я просто хочу, что бы все было официально — чтобы ты принадлежала мне и больше никому.
— Не может быть еще официальней, чем уже есть, — пробурчала я. Но по его описанию, все было не так уж и плохо. — Только Элис будет разочарована.
— Мы подумаем на этот счет. — улыбнулся он довольно. — Полагаю, ты не захочешь получить свое кольцо прямо сейчас?
Мне пришлось сглотнуть, прежде, чем я смогла сказать. — Ты полагаешь верно.
Он рассмеялся над моим выражением. — Это хорошо. Совсем скоро, я все равно одену его тебе на палец.
Я посмотрела на него. — Ты так говоришь, как будто у тебя оно уже есть.
— Есть, — не смутившись, сказал он. — Ожидает, чтобы сломить тебя, при первом же признаке слабости.
— Ты невероятен.
— Ты хочешь увидеть его? — спросил он. Его глаза, цвета прозрачного топаза, осветились внезапным возбуждением.
— Нет! — не раздумывая, почти выкрикнула я. И сразу же пожалела об этом. Его лицо медленно погрустнело. — Только, если ты действительно хочешь показать его мне, — исправилась я, сжав зубы, чтобы скрыть мой иррациональный страх.
— Все в порядке, — он пожал плечами. — Кольцо может подождать.
Я вздохнула. — Эдвард, покажи мне это треклятое кольцо.
Он потряс головой. — Нет.
Целую минуту я изучала выражение его лица.
— Пожалуйста? — попросила я тихо, экспериментируя с моим новым оружием. Кончиками пальцев, я легко коснулась его лица. — Пожалуйста, могу я увидеть его?
Его глаза сузились. — Ты самое опасное существо, с которым я когда-либо встречался, — пробормотал он. Но поднялся и с непередаваемой грацией встал на колени перед маленькой прикроватной тумбочкой. Через мгновение он вернулся ко мне на кровать, усаживаясь рядом и обняв рукой за плечи. В другой руке была маленькая черная коробочка. Он поставил ее на мою левую коленку.
— Давай, взгляни на него, — бесцеремонно сказал он.
Было труднее, чем нужно, взять безобидную маленькую коробочку, но я не хотела ранить его снова, поэтому я постаралась, чтобы моя рука не тряслась. Поверхность была покрыта гладким черным сатином. Я пробежала по ней пальцами, колеблясь.
— Ты не потратил много денег, ведь, правда? Соври, если потратил.
— Я ничего не потратил, — заверил он меня. — Это еще одна подержанная вещь. Это кольцо, которое мой отец дал моей матери.
— О! — я издала удивленный возглас. Взяла крышечку большим и указательным пальцем, но не открыла ее.
