Какой именно щедрый дар ему полагался, Симон не успел расслышать, поскольку пулей вылетел наружу с закрытыми глазами, все еще боясь того, что может его там ожидать. Одно было уже хорошо — он не рухнул в бездну, но ступил на вполне себе твердую почву, в то же самое время как в его ум стали проникать уже знакомые громкие звуки музыки, а по телу прошлась привычная вибрация от басов.
Осторожно приоткрыв один глаз, Симон позволил свету ворваться в его мозг и разукрасить его неоновыми цветами огромной инсталляции, стоявшей у входа на пляжную костюмированную рейв-вечеринку. Она напоминала гигантскую пирамиду, которая переливалась всевозможными цветами и на которой танцевали голографические объемные копии приглашенных звезд. Они, судя по всему, отжигали на сцене, и к ним к тому же примешивались и другие не менее фантастические существа вроде полупрозрачных летающих эльфов, которые сорвавшись с вершины титанической конструкции, уже достигли новоприбывшего гостя, чтобы считать код купленного билета через его чип.
Приветственно поклонившись этим голограммам так, будто бы они реально существовали, путник направился к входу, сливаясь со все нарастающим потоком людей, который устремился к условным вратам, располагавшимся на вершине этой гигантской пирамиды. Они представляли собой черную воронку — самое настоящие голографически оформленное «затмение». Тратить силы на то, чтобы подняться никому, правда, не пришлось, поскольку там был эскалатор. Не давая никому упасть, он поднимал всех гостей к вершине — к черному, на первый взгляд, тоннелю, который напоминал, помимо всего прочего гигантский глаз, позади которого в звездное небо, окрашивая его, выстреливали десятки разноцветных лазерных лучей. И уже они, в свою очередь, создавали все новые образы на небосводе.
Не особенно обращая на них внимание, Симон вместе с десятками других разодетых в самые причудливые одежды гостей ступил в черную воронку, сразу же ощутив некоторый дискомфорт, как будто бы ему слегка заложило уши. Оглядевшись по сторонам и не увидев ни одного человеческого лица, Симон понял, что это было простым напоминанием о том, чтобы он сохранил атмосферу маскарада, а потому он тут же нацепил свою одобренную заранее маску. Сразу после этой инициации коридор залил мягкий свет и его чип получил новый цифровой код, благодаря которому он тут же начал выделять особые вещества в кровь своего хозяина, которые вызвали у гостя самую настоящую эйфорию. Она, подобно водопаду удовольствия, смыла без остатка даже малейший намек на беспокойство, и Симон, хохоча как ребенок, вместе с другими посетителями буквально поплыл на волнах этого искусственно вызванного рая к свету в конце тоннеля. Наконец, вынесенный буквально на гребне этой экстатической волны наружу, он тут же попал в совершенно иной мир, к которому так давно неосознанно стремился.
— До отправки борта за Горизонт остался час и… — пробивался синтезированный голос по громкоговорителю сквозь сознание потерявшей всякий контроль над своим телом пленницы, которая чувствовала, как весь ее организм, что волокли по ледяному полу, ныл, и с этим она ничего не могла поделать. Единственным, что помогало ей еще хоть как-то оставаться в сознании, являлась странная голубая маска незнакомца, который, казалось, незримо присутствовал вместе с ней не только в этом самом настоящем аду на земле, но и сопровождал ее с самого рождения, присматривая за ней.
Вполне возможно, это было лишь отчаянной попыткой ее мозга выстроить некую психологическую защиту, поскольку с ней рядом в данный момент объективно не было никого, кто мог бы ее защитить физически. Поэтому никто не помешал стражам закинуть ее обездвиженное тело, буквально как мешок, совершенно не заботясь о возможных травмах, в просторный контейнер, в котором практически нечем было дышать. Внутри него находились и другие узники, которые были зафиксированы в вертикальном положении механическими стяжками и манипуляторами на одинаковом расстоянии друг от друга, напоминая больше висящие на бойне туши, чем пока еще живых людей. По всей видимости, никто и не думал заботиться о сохранности этих «продуктов», поскольку стражники уже оперативно заковывали узницу в точно такие же механические манипуляторы, которые крепились тросами к потолку, совершенно не задумываясь о том, выдержит ли ее организм подобное подвешивание. Чуть скосив свой взгляд в сторону, пленница отметила про себя, как ее ноги заковали в какое-то подобие механических лыж, которые были установлены точно по направлению двух полосок рельс. Они убегали вперед, и, судя по всему, назад, таким образом создавая этакий железнодорожный путь для жуткого состава, что состоял из закрепленных в воздухе в ряд десятков, а то и сотен тел, которые терялись где-то вдалеке этого, без преувеличения сказать, ангара.
