Я сделала глоток, потом еще один. Вкус мяты был сильным и вяжущим.
Она взяла кружку.
– Изабель, как ты относишься к тому, чтобы надеть корсет? – Она подмигнула мне, как бы говоря: пожалуйста, подыграй. – Думаю, корсет отлично подойдет твоей фигуре.
– Я прекрасно отношусь к корсетам, но мне нужно возвращаться к работе…
– Вот, попробуй этот. Я помогу со шнуровкой.
Из шкафа Северина достала розовый кружевной сверток с лентами цвета слоновой кости и передала его мне. Раздеваясь, я повернулась к ней спиной, складывая одежду на золотистое покрывало, зная, что Никколо стоит совсем рядом. Я надела корсет и туго стянула его на талии. От него едва заметно веяло дымом и лилиями.
– Снимай все, – приказала Северина, увидев, что я все еще в лифчике. После того, как я разделась, она туго зашнуровала корсет. В зеркале я увидела свою фигуру, которая стала похожа на песочные часы. Именно так выглядела Роза, только для этого ей не требовались корсеты.
– Он идеально тебе подходит! – Она передала мне нижнюю юбку, в которую я влезла, и затем бархатную юбку. – Сними эти брюки!.. И немного макияжа! – Северина указала рукой на скамью перед круглым зеркалом. – Закрой глаза. – Она нанесла тени на мои веки, нарисовала выразительные линии вокруг глаз и нанесла толстый слой помады на губы того же бордового цвета, что и у нее. Наконец она нанесла румяна на мои щеки. – У тебя красивая фигура. – Она наклонилась и быстро и нежно поцеловала меня в губы.
Я подошла к кровати, где сложила свою одежду, и накинула на плечи шерстяной шарф.
– Ты выглядишь потрясающе! – сказала Северина.
Я выпила еще немного горячего шоколада.
Северина сняла тапочки и одела их мне на ноги. Затем она подошла к двери и жестом пригласила Никколо войти. Я откинула шарф на плечи. Он прислонился к двери и посмотрел на меня. Затем он кивнул на портрет прабабушки Северины на стене:
– Теперь, когда ты надела это платье, вы так похожи, что могли бы быть сестрами.
– Внизу до сих пор сохранилась ее трость, – сообщила Северина. – Та, которую она держит на портрете. А розовое платье до сих пор в моем шкафу. Как ты знаешь, мы, Фальконе, занимались текстильным бизнесом и торговлей шелком. У меня есть несколько исторических платьев, которые ты должна увидеть!
Никколо шагнул вперед и оказался между мной и Севериной. Он положил кончики двух теплых пальцев на обнаженную кожу моего плеча и провел ими по ключицам, пока не добрался до горла. Когда он положил средний палец в углубление, где сходятся ключицы, он понизил голос:
– Изабель, хочешь посмотреть нашу коллекцию тростей?
Меня била крупная дрожь.
Северина обошла его и встала рядом со мной. Теперь на ней тоже был корсет. Никколо что-то пробормотал, и я посмотрела в зеркало на нас троих. Мы вполне могли сойти за людей из другого времени. Было так тепло. Я чувствовала себя расслабленной и одурманенной, сбитой с толку. Я потянулась к Никколо, чтобы сохранить равновесие. Он наклонился ко мне:
– Боже мой…
Зазвенел громкий сигнал будильника в телефоне. Северина встрепенулась, обежала вокруг кровати и выключила его.
– Черт, – нахмурился Никколо, доставая телефон.
– К сожалению, мне пора. – Северина надела рубашку.
– Мне… мне действительно нужно работать. – Во рту царил странный привкус. Я плотнее закуталась в шарф. – В горячем шоколаде что-то было?
– Нико, ты подмешал граппу в наш горячий шоколад? Какой дурак!
Он пожал плечами.
– Только немного. Кофе корретто.
– Больше похоже на кофе «Коротто». Извини, Изабель. Это скоро пройдет. – Теперь Северина была полностью одета. – Где мой телефон? – Она направилась к шкафу, где лежали все ткани.
– Andiamo, пойдем. – Никколо в нетерпении постукивал ногой. Я собрала свою одежду и обувь, обернула шарф вокруг груди и последовала за ним вниз по лестнице. Когда я проходила мимо него через дверь в библиотеку, он коснулся моего плеча. В его голосе снова проскользнули мягкие нотки: – Ты выглядишь сексуально в этой одежде.
Никколо последовал за мной в библиотеку, опустился на колени и достал секретный ключ под столом. Он открыл шкаф и передал мне последнюю из коробок, с которой я работала.
Затем он подошел к набору тростей на латунной подставке, на которое я раньше не обращала внимание.
– Это те самые трости, о которых вы говорили?
Никколо протянул мне деревянную трость с ручкой из слоновой кости.
– Эта коллекция хранится в моей семье уже сто пятьдесят лет. В девятнадцатом веке трости были украшением, демонстрирующим статус и богатство. Власть. – Я провела пальцами по слоновой кости, испещренной прожилками, и темному полированному дереву. Он достал еще одну трость и положил на стол. – Эта – моя любимая.
Я внимательно рассматривала гравировку на рукоятке в форме черепа.
– Поверни ручку. – Я последовала его совету, и она открылась. – Внутри был спрятан нож, разве это не удивительно? – Он перевернул трость верхней частью вниз, и кинжал выскользнул на стол.
– Хитроумно. – Я взяла в руки маленький нож.
Никколо присел на край стола и продолжил говорить:
