— Власыч, а в Керженец ведь полно ручьев впадает. Может, они по нему ушли. А вода следы скрыла. Погоди, не перебивай. К примеру, все идущие впереди сворачивают, убирая возможные следы, а те две тысячи, идущие последними, прямо. Они определённо знали, что впереди и сзади. Поэтому ушли, оставив две тысячи.
Тут мне смешно стало.
— А знаешь, я думаю, нас действительно провели. Не такой уж темник дурак. Он, скорей всего, послал разведку, которую мы прохлопали, и сделал ход конём. Мы думали, что это мы время тянем, а на самом деле монголы время тянули, давая уйти основному отряду. И ещё, я считаю, что их больше, чем тьма.
— Это ещё почему?
— Не знаю, чую.
Кубин пнул ногой ветку и проследил её взглядом.
— Чтобы вот так уверенно уводить крупный отряд, надо тропы знать. А знают их местные.
— Или бояре.
Кубин посмотрел на меня:
— Думаешь, Кутерьма?
Я показал на круги, расходящиеся в стороны:
— Водяной его знает. Если верить легенде. Возможно, он, или ещё кто. Кстати, при войске он был?
— Не видел, а спросить не догадался. Не до того было.
Я повернулся и направился к дому.
— Пойдем, Власыч. Про Кутерьму узнаем, да новости, какие есть.
Кубин остановил меня рукой.
— Ничего мы не узнаем. Полк сегодня утром ушел к Большим Ключам. Тут только отроки остались да те ратники, что в сече выжили.
— Не понял. Велесов что, с ума сошел? А остальные монголы? Их искать не надо?
Я пошел к дому, Кубин шел за мной.
— Зря ты так. Дозоры-то он разослал. Просто оттуда проще, если что, выдвинуться.
М-да, действительно зря.
— Ладно, погорячился я. Меня ушедшие неизвестно куда монголы беспокоят. И цель у них минимум Верши.
Кубин тревожно посмотрел на меня.
— Или Китеж.
— Да. Если нашелся проводник, что показал тропу отсюда, то он же покажет дорогу к Китежу. Поехали.
Мы быстрым шагом пошли к дому. Навстречу нам вышли старушка Мяга и Лада.
— Мы…
Мяга подняла руку и, заставив замолчать, сказала:
— Знаю, куда собрались. Послушайте меня, вои.
Вдруг глаза у Мяги наполнились слезами.
— Простите старую. Не услышала я. Беда страшная случилась. А я не услышала.
Мы бросились к ней, крича наперебой:
— Что? Что произошло? Какая беда? Когда? Говори.
Но Мяга вдруг опустилась на колени и обмякла, рыдая. Лада присела и, обняв старушку, посмотрела на нас.
— Простите нас, нерождённые. Я не слушала лес, на бабушку надеясь. Старая она.
Я заорал на них:
— Да что случилось-то?
Глаза Лады наполнились слезами, и она, утёршись рукавом, всхлипывая, сказала:
— Пожар великий случился. Хороший город весь сгорел.
— Какой город? Верши? Китеж?
Лада выдохнула:
— Китеж. Лес шумел сильно, но я разобрала только сейчас. И ещё, все люди спаслись.
Мы с Гориным стали быстро собираться. Все мои вещи были в сумах. И я, подхватив их, выбежал из дома.
— Лада. Я вашего коня возьму.
Она кивнула и, подняв Мягу, подвела её к лавке. Усадила и подошла ко мне.
— Я хочу сказать тебе спасибо.
Я повернулся удивлённо.
— За что? Это мне надо спасибо говорить. Мне, а не тебе.
Она помотала головой и, смахнув слёзы, прошептала:
— Нет. Тебе. Ты сильный. Сила жизни в тебе большая. Предки тебе помогают, и боги благоволят. Лешие помогают. Я у тебя её немного себе взяла. А от смерти ты сам себя спас. Я только руку протянула. И ещё… — Она посмотрела мне в глаза. — Ты должен вернуться.
Я улыбнулся.
— Я вернусь, Лада.
— Нет, не сюда. — Она замотала головой. — В свой дом. Там, далеко. Где ты родился. Тебя ждут.
— Что ты, Ладушка. Никто там меня не ждёт.
Лада упрямо тряхнула головой.
— Ждут, поверь мне.
— Кхм…
Кубин давно был готов и уже сидел на коне. Я кивнул и закинул сумы на коня. Повернулся к девушке.
— До свидания, Ладушка. До свидания, бабушка Мяга. Простите меня, и спасибо вам.
Кубин тоже попрощался, и мы поскакали по лесной тропе. А вслед нам летело:
— Прощайте, нерождённые.
Галоп переходил в рысь. Из рыси в галоп. Потом лес стиснул тропу своими стволами, и она запетляла, огибая густой подлесок. Пришлось сбавить темп. Теперь кони шли шагом. Пересекли небольшой ручей. После него тропа стала шире, но запетляла ещё сильней. Кубин, чуть повернувшись, сказал:
— Не верится, что Китеж сгорел. Как думаешь — просто пожар или всё-таки монголы?
— Наверняка монголы. Только…
Я пожал плечами:
— Только одно непонятно. Слышал, что Лада сказала? Люди от пожара спаслись. Это как?
Кубин вздохнул.
— Может, всё-таки простой пожар.
— Надеюсь.
Какое-то время ехали молча. Опять пересекли маленький ручей. После него пришлось спешиться и вести коней в поводу. Толстые ветки деревьев не давали ехать верхом.
— Власыч. А сколько раз тебя Мяга лечила?
— Три. В первый раз после битвы с булгарами, двадцать лет назад. Потом через год, после мелкой стычки с отрядом мордовского князька. Последний раз в день, когда Новый Город заложили. То-есть Нижний Новгород. Завистник в спину нож воткнул. Я ведь у князя Юрия Всеволодовича в ближниках ходил. Каждый раз как труп к Мяге везли. Она меня на ноги ставила. Только не так быстро, как тебя. — Кубин усмехнулся. — Я помню, Мяга была очень красивая.
