— Вот как. — его повелитель слегка кивнул. — Значит, в том сражении участвовал «Валар»… Теперь мне все ясно.
— Я приношу свои глубочайшие извинения, мой господин. — склонился чуть ниже Халдар, почти упершись лбом в пол. — Если вы не довольны мною, я немедленно расстанусь со своей жизнь, дабы искупить мой грех!
— Не нужно.
— Но господин?! — возмутился Гвард, на лице которого успели заиграть желваки. — Разве такое можно прощать?!
— Успокойся, Гвард. — лишь улыбнулся Виреан легкой и приветливой улыбкой. — Халдар сделал все возможно в той ситуации, и мы не вправе на него гневаться.
— Но…
— Думаю, что даже моих сил вряд ли бы хватило, чтобы одержать победу над «Валар».
— Мой господин. — склонил голову Гвард, приложив руку к груди. Его голос, что до этого был полон гнева, сменился уверенностью и достаточной плавностью. — Я уверен, что, если бы вы сошлись с самим «Валар», каким бы сильным он не был, вы непременно смогли бы одержать над ним блестящую победу.
— Ты меня переоцениваешь. — Виреан лишь улыбнулся этим лестным словам. — К тому же простому смертному никак не совладать с силой самих богов.
— Прошу меня простить, мой господин. — неожиданно обратился Халдар. И, получив от повелителя дозволение, он продолжил: — Даже боги не всесильны, а их век так же конечен.
— Мудрое заявление. — кивнул Виреан в знак согласия. — Даже солнце может погаснуть, а моря и океаны высохнуть.
— Истинно верно, мой господин. — согласился Гвард.
— Что ж. — начал Виреан, поднявшись с трона. — Халдар! — по всему залу прошелся уверенный и полный могущества голос, от которого склоненный воин лишь сильнее преклонился. — Я дарую тебе свое прощение. Отныне, будь полезен не только мне, но и всему нашему государству. Ведь впереди нас ожидают очень насыщенные события.
— Как думаешь, — заговорил Баладар после долгого молчания. — кто именно мог послать этого убийцу?
— Самый очевидный вывод — кто-то из наследников. — предположил Рандал вслух, разлегшись на роскошной софе. — Думаю, таким способом этот «кто-то» хотел избавиться от одного из нас… или же от Катарины, тем самым ослабив нашу армию в целом и понизив ее боевой дух. Хотя может быть и так, что эта «тень» просто подслушивала нас, собирая информацию, чтобы затем передать ее заказчику. В общем, задач у таких парней может быть много и какую именно цель преследовал этот убийца — неизвестно. Хотя, — зловеще усмехнулся он. — Иннес это быстро выяснит.
Баладар невольно кивнул, соглашаясь со словами Рандала. Он прекрасно знал, на что был способен их товарищ, когда дело касалось добычи сведений из схваченных лазутчиков. Даже мастера пыток меркли на его фоне, а уж его способы добычи информации и вовсе потрясали даже самые смелые фантазии садистов и маньяков. На памяти Баладара еще не одному схваченному лазутчику не удалось не то, чтобы выдержать весь ужасный аттракцион невообразимых и болезненных пыток, но и банально удержать имеющуюся информацию за зубами — которых, правда, в большинстве случаев не оставалось. Так что теперь им оставалось лишь дожидаться конечного результата.
— Кстати, — неожиданно оживился Рандал, на чьем лике расцвела легкая и малость озорная улыбка. — ты ведь видел ту невероятную красотку в красном платье, верно? Ну, та, что вместе с главой шести заповедей была.
— Госпожа Ирсиль?
— Так ее зовут Ирсиль… — со странной извращенной ухмылкой произнес розоволосый парень, что явно не понравилось Баладару.
— Ты ведь не собираешься…
— Нет-нет-нет. — посмеиваясь, отмахнулся Рандал. — Я же не самоубийца, в конце концов. Уж на покорение
Баладар в глубине души с облегчением выдохнул. Было вполне естественно опасаться самого худшего, когда речь заходила о представительницах прекрасного пола в обществе такого заядлого бабника, как Рандал. Можно было ожидать в буквальном смысле всего — вплоть до вероломного проникновения в дом обсуждаемой красавицы с последующим ее похищением. И не имело значения, кто именно это был: обычная деревенская красавица или представительница знатного рода.
К счастью, в этот раз в его товарище заговорил столь редкий голос разума, который почти никогда не показывался.
— Кстати, Сагдар, — обратился Рандал к сидящему чуть в стороне парню, который, казалось, проводил медитацию. Сложив ноги по-турецки, Сагдар напоминал бы окаменевшую статую какого-нибудь великого мудреца, если бы не его слишком броские доспехи и угрюмая физиономия. — что скажешь о наших будущих врагах?
— Сильны. — без промедления ответил опытный охотник, не совершив ни единого лишнего движения, словно опасаясь потерять необходимый ему миг просветления.
— А если поточнее?
