Я опускаюсь на четвереньки, как пёс, и утыкаюсь носом в пальцы моего человека. Вот так они пахнут и вот такой они формы. Голени. Я прижимаюсь к ним щеками. Вот такие они, крепкие, сильные. Вот такой они формы. Бёдра. Я вижу их предельно близко. Вот такие они. Вот так они делают своё дело. Я прижимаюсь к бёдрам и у меня в груди тает какой-то камень. Вот попа моего человека. Попа покрыта пушком. Бархатным. Вот тёмная глубина моего человека. Если бы мы начали сейчас любовную игру, то я бы остановился тут и начал разыскивать влагу в глубине. Я — летний нацеленный пёс. Но сейчас я хочу не этого. Я хочу удостовериться в том, что мои глаза и моя голова мне врут. Я думал, что человек у меня плохой, но вот я обследовал человека уже наполовину и мне всё по душе, всё подходит.
Я поднимаюсь к животу и вдыхаю запах живота моего человека. Я знаю, что мой человек не жалует свой живот. Я оставляю в голове заметку хвалить и окружать заботой этот живот. От живота — к спине. Носом удобно надавливать на дорожку от основания спины и двигаться к шее. Лопатки — отлично. Мягкость от лопаток и до талии — я по-животному рад, что мой человек так сделан. Даже говорить не могу про это с ней, но по-животному рад.
Спелые груди, одна покрупнее, вторая поскромнее. Здравствуйте, девушки. Нос родной, я об него трусь своим носом как дурак. Дальше — тыльная сторона головы. Я обеими ладонями приподнимаю волосы и обнюхиваю шею, за ушами, затылок.
Всё. Внутри поселяется фундаментальный факт — мой человек мне подходит. Запахом, твёрдостью, мягкостью, силой, теплом, звуком, движением.
Всё. Можем ложиться.
Задуваю свечи. Кладу человека рядом с собой. Темнота. Маяк вертикально удерживается собственной мужской магией. Требует что-то сделать с жаром и своей вертикальностью. Пусть требует.
Сегодня — всё.
