Впоследствии Николай пытался добиться от нее ответа: почему она все-таки дала согласие, но ответа не было. Это было в стиле Анны: мучить, дразнить, подходить на близкое расстояние, а в последний момент – оборачиваться стеной, до которой не достучишься. Анна была призраком. Даже книжные герои были более одушевленными и живыми, чем она. Иногда Николай думал, что у его возлюбленной просто нет души, что она – черствая и безжалостная по природе. Простая мысль, что она не любит его как мужчину, не приходила ему в голову. Он отметал эту мысль с ходу, признать данный факт было слишком болезненно и непоправимо.
Их брак был обречен. С самого начала Николай чувствовал, что Анне хочется уйти из семьи. Брак для нее – лишь возможность вырваться из замкнутого круга. Анна умирала со скуки и искала свободы.
И он вновь сбежал в Африку. Только здесь он мог забыть обо всем. Это удивительное ощущение, что перед тобой разом распахнулись все дороги: земные и небесные – и тебе осталось только вслушиваться в пение ветра и музыку солнца. Но он был в Африке не просто так. Недавно ему поступило предложение, которое он принял. У него было определенное задание, которое он должен был выполнить.
– Итак, что мы имеем? – строго спросил Вася Курочкин. – Я давал тебе задание исследовать африканские экспедиции Гумилева. Я тоже кое-что просмотрел по этому вопросу.
– Кофе, – жалобно попросила Анна.
– Я смотрю, ты уже засыпаешь, что ж, приготовлю тебе еще чашечку кофе.
– Твоя Надя – настоящий клад в этом отношении.
– У Нади масса и других достоинств, – сухо сказал Вася.
Анна лишь пожала плечами и забралась с ногами на кушетку, украдкой погладив пушистый плед, который недавно принесла из дома. Вася только иронично хмыкнул, когда увидел этот плед.
– Ты, Рыжикова, смотрю, окончательно хочешь превратить рабочее место в будуар, – протянул он. – Вместо делового и четкого стиля у нас появляются всякие рюшечки, горшочки, пуф-сики…
– Ничуть! – защищалась Анна. – Кстати, хайтек уже несовременен. Почитай, что творится в Силиконовой долине. Там топ-менеджеры ведущих корпораций спят в обнимку с плюшевыми медведями. Не отходя от рабочего места. Сейчас стараются сделать офис максимально уютным и душевным, при таких условиях резко возрастает работоспособность людей. Это установили ученые.
– Силиконовая долина нам не указ.
– Надо быть в общем тренде, – убеждала Анна. – Тем более если он полезен.
Вася ворчал, но пледы и подушки на диване терпел.
Вася принес ей вторую чашку кофе, и Анна, закрыв глаза, с блаженством вдохнула терпкий аромат.
– От одного аромата проснешься!
– Вот и хорошо, – съехидничал Вася. – Возможно, когда-нибудь тебе будет достаточно одного только запаха. Запахи тоже насыщают. Кстати, и это установили ученые из твоей любимой Силиконовой долины, – поддел он.
– Ладно, продолжай, – миролюбиво сказала Анна. – Я тебя слушаю, и внимательно.
– Еще бы! Это же входит в твои обязанности. Итак, что мы имеем?
Анна вздернула выше голову и наморщила лоб, что, по ее мнению, символизировало высшую степень сосредоточенности и внимания.
– Мы имеем Николая Гумилева, который посетил Африку пять раз. О его первой поездке в Египет в тысяча девятьсот седьмом году известно очень мало, практически ничего…
– Как ты думаешь, почему? – перебил ее Вася. – Некоторые исследователи даже высказывают сомнения: была ли эта поездка. По какой причине она была такой таинственной? Какие у тебя есть объяснения?
– Ну… Я… – Анна растерянно замолчала.
– Все ясно. Нулевая стадия мыслительного процесса, – усмехнулся Вася. – Учись, на старших глядя…
– Ты старше меня всего на несколько лет, это не считается! – запротестовала Анна.
– Еще как считается! В нашем историческом деле год идет за пять. Знания обновляются стремительно, и важно поспевать за потоком информации. Ну не будем спорить.
– А что ты сам думаешь по поводу этой его поездки?
– На мой взгляд, поездка тысяча девятьсот седьмого года была для Николая Гумилева сугубо личной в том смысле, что он хотел непосредственно получить боевое крещение прямо на месте. Он учился во Франции, поступил в Сорбонну, послушал курс Папюса о магии. Причем магии в высшем смысле этого слова – сокровенной, восходящей к знаниям египетских жрецов. Я тебе, по-моему, как-то говорил, что Папюс – фигура знаковая? Непосредственно перед тем как Распутин стал врачевателем царской семьи, Романовы принимали других оккультных персонажей – в частности, месье Филиппа, а потом и самого Папюса. Папюс был оккультистом незаурядным, собирал вокруг себя многих приверженцев и неофитов. Он издал несколько трудов по магии, которые переиздаются до сих пор и считаются в своем роде классикой оккультной литературы. И Гумилев учился у Папюса. Вполне вероятно, что после прослушивания курса ему захотелось поехать в Египет и соприкоснуться с тайными знаниями на месте. В Египте никогда не прерывались традиции оккультизма, хотя, конечно, они текли тайно, подспудно. Ты читала прелюбопытнейший роман Лоренса Даррелла «Александрийский квартет»?
– Не читала, – призналась Анна.
