Он прав – эта фотография полностью вписывается в интерьер. Мы оба запечатлены на ней рядом с картонными фигурами Циклопа и Профессора Х на одном из «Комик-конов». Меня украшали латексные штаны, блестящий черный бюстгальтер и длинные пластиковые лезвия, прикрепленные к кистям рук. Внутри я была смущена, хотя внешне выгляжу уверенной в основном потому, что Ло умолял меня перестать прятаться за его спиной. Во-первых, он сам виноват в моем полураздетом виде. Ему хотелось, чтобы я выглядела как одна из его любимых героинь «Людей Икс». Сам Ло вырядился как Хеллион, молодой Новый мутант с телекинезом в черно-красном костюме из спандекса. И, как верный друг, в течение всего того дня я играла роль Икс‐23 – женского клона Росомахи.
Меня бесит, что подобная фотография находится вперемешку с фейковыми воспоминаниями. Вот на соседней фотографии в рамке мы держимся за руки под Эйфелевой башней во время семейной поездки во Францию. Подделка. Еще одна – Ло целует меня в беседке. Подделка. Я сижу у него на коленях во время лодочной прогулки по Греции. Брехня. Почему мы позволяем реальным воспоминаниям о нашей дружбе потускнеть на фоне фальшивых кадров с фальшивыми отношениями?
– Пожалуйста, – умоляю я.
– Где еще я раздобуду приличные доказательства того, что мы парочка? – протестует он, медленно приближаясь ко мне и делая этот момент еще более неловким.
Моя поясница упирается в край стола, и я молю бога, чтобы мы не воспроизводили предыдущую сцену, произошедшую на кухне. Но потом до меня доходит.
– Технически… – говорю я, не сводя глаз с его груди, – …это и моя комната тоже.
– Разве?
Он ставит фотографию обратно на полку, и, прежде чем я успеваю повернуться и схватить ее, он крепко сжимает мои запястья. А затем заводит мои руки за спину. О боже.
– Ло, – предупреждаю я.
– Заставь меня поверить, что эта комната твоя.
– Замолчи, – выпаливаю я, даже не обдумав произнесенное.
– Совсем неубедительно.
Он что, серьезно?
– Это моя комната, – непреклонно говорю я, гадая, будет ли этих слов достаточно.
– Правда? – подыгрывает Ло, подбираясь ближе ко мне. – Ты не кажешься такой уверенной.
Я пытаюсь высвободить руки, но его хватка крепнет, и он усиливает напор, прижимая меня к столу своими ногами. Да, все как на кухне, только хуже (или лучше), потому что мои руки скованы и я не контролирую ситуацию. Ни капельки.
– Отойди. – Я пытаюсь звучать убедительно, но в моем хриплом голосе сквозит желание.
– С чего ты взяла, что эта комната твоя? – спрашивает он. – Ты здесь не спишь. Ты здесь не трахаешься. Не ешь и не пьешь. Разве ты имеешь на нее права?
– Сам знаешь, что имею, – выдыхаю я.
– Переступив через этот порог, – говорит Ло, – ты вошла на мою территорию. – Его горячее, пропитанное бурбоном дыхание касается моей шеи. – Все, что здесь есть, принадлежит мне.
Моя голова кружится. Сегодня я не занималась сексом, и это бесит. Я ненавижу, что мое тело хочет Лорена Хейла. И, может быть, мой разум тоже.
Я пытаюсь сосредоточиться. Это необходимо.
– Избавься от нее, – снова говорю я.
– Нет, мне нравится эта фотография, и она останется на своем месте.
Прежде чем я успеваю задать вопрос, Ло разворачивает меня и прислоняет животом к столу, удерживая запястья прижатыми к спине. Я пытаюсь высвободиться из хватки, но он прижимается телом ко мне в такой позе, о которой я фантазировала миллион раз. В моем воображении все точно так же (возможно, без скованных рук) – Ло сзади, его таз прижимается к моей заднице. Я изнемогаю, приоткрывая рот. Как хорошо, что он не может видеть выражение моего лица сейчас.
Я делаю глубокий вдох и говорю:
– Ты ведешь себя подло.
Он знает, что у меня не было секса. Когда нам было по восемнадцать, он спросил меня, каково это – целый день не кончать. Я ответила: ощущение такое, словно кто-то погрузил мою голову в песок и начал тянуть за руки и ноги так сильно, что они превратились в тугие резиновые ленты, которые готовы вот-вот порваться от натуги. Страстное желание подобно утоплению и сгоранию в огне одновременно.
Он сказал, что этот парадокс ему весьма понятен.
– Знаю, ты этим наслаждаешься.
– Ло, – выдыхаю я, – если ты не собираешься заняться со мной сексом, то лучше отпусти. Пожалуйста.
Вряд ли я смогу отказать ему. Мое тело жаждет Ло так сильно, что дрожит под его весом, но мысли все еще сопротивляются. Он ведь просто дразнит меня. Вот и все. Я не хочу проснуться на следующее утро с чувством вины за то, что не смогла сдержаться. Такой я ему не нравлюсь. Он не может хотеть девушку вроде меня.
Ло отпускает меня и делает три шага назад. Я массирую запястья и опускаю руки на стол, не поворачиваясь к парню лицом. Пытаюсь сориентироваться – некоторые части моего тела слишком разгорячены сейчас. Когда я набираюсь храбрости и разворачиваюсь, мои глаза полны ярости.
– Что, черт возьми, с тобой не так?
