Зависим от тебя полностью

Он не смеет использовать секс против меня, так не пойдет.

Его челюсть сжимается, и он тратит уйму времени на то, чтобы вновь наполнить свой бокал. Прежде чем заговорить, Ло делает два больших глотка и снова тянется к бутылке.

– Не будь такой серьезной, – тихо говорит он. – Я просто дурачился.

Его слова, словно стрелы, поражают мое сердце. Больно. Я знаю, так не должно быть. Я хотела, чтобы он сказал: «Лили, все это было по-настоящему. Я не шутил. Давай будем вместе». Сейчас я поняла это, даже если реальные отношения принесут целый ряд новых проблем. Вместо подобных признаний Ло укрепляет наш искусственный фасад. И лжет.

– Хочешь подурачиться, значит?

Мое тело дрожит, охваченное жаром. Я бросаюсь к шкафчикам с алкоголем, нахожу магнитный ключ и быстро открываю их.

– Эй, эй, эй! – кричит Ло.

Едва я вытаскиваю две бутылки, как он кладет руку мне на запястье. Ло знает, что я либо разобью их, либо выброшу в окно. Я пока не определилась.

– Лили, – он рычит мое имя, будто это самое грубое ругательство в словаре.

Мы оба в ярости. Я чувствую, насколько это оправданно, и не отвожу глаз. Его скулы заостряются, и я буквально вижу, как в голове Ло крутятся шестеренки.

– Давай поговорим, Ло, – напряженно начинаю я, все еще не двигаясь. – Чем отличается то, что ты делаешь со мной, от того, что собираюсь сделать я?

Ло глубоко вдыхает, сощурив глаза. Как и всегда, он просчитывает каждое слово, прежде чем заговорить.

– Мне жаль, хорошо? Ты это хочешь услышать? Мне жаль, что ты не можешь вынести моих прикосновений. Мне жаль, что сама мысль о сексе со мной вызывает у тебя отвращение. Мне жаль, что каждый раз, когда ты чувствуешь возбуждение, я где-то рядом.

У меня перехватывает дыхание. Не понимаю, к чему он ведет. Он меня хочет или его раздражает, что я сексуально зависимая? Я осторожно ставлю бутылки на стол и высвобождаюсь из его хватки. Затем проскальзываю в ванную и запираю дверь как раз в тот момент, когда Ло приближается к ней.

– Лили, – зовет он.

Я ложусь на холодную плитку и закрываю глаза, пытаясь очистить свой разум. Неразрешенные вопросы крутятся в моей голове. Как долго я смогу выносить это – отсутствие ясности в наших намерениях, в наших отношениях? Это сводит меня с ума. Из-за отсутствия определенных стимуляций по моему телу пробегают судороги. Я хочу заснуть и закрываю глаза, но раздается щелчок замка. Дверь открывается, и Ло кладет в карман запасной ключ.

Я не сдвигаюсь с места и устремляю взгляд на белый потолок.

Ло садится рядом, прислонившись к джакузи.

– Не беспокойся о том, услышит ли нас Дейзи. Все нормальные пары ссорятся.

Точно, наш спектакль. Тишина в комнате сгущается, и я горжусь тем, что заставила Ло немного помучиться.

Он ерзает на полу, подтягивает колени к себе и обхватывает их руками.

– Когда мне было семь, отец привел меня в свой кабинет и достал небольшой серебряный револьвер, – говорит он и делает паузу, потирая рот и сухо усмехаясь.

Мое лицо – маска невозмутимости, хотя история меня заинтересовала.

Ло продолжает:

– Отец положил его мне на ладонь и спросил, что я чувствую, пока держу оружие. Знаешь, что я ответил? – Он смотрит на меня. – Я сказал, что мне страшно. Он дал мне затрещину, прошипев: «У тебя в руках гребаный пистолет. Только те, на кого ты его направляешь, должны бояться». – Ло качает головой. – Не знаю, почему подумал об этом, но я частенько вспоминаю этот момент. Револьвер казался таким тяжелым и холодным в руке. Я боялся выронить его или нажать на спуск. А отец выглядел… разочарованным.

Я привстаю и отодвигаюсь к другой стене, чтобы взглянуть на его лицо. Ло выглядит явно расстроенным, и подобного раскаяния от Лорена Хейла мне хватит до конца жизни.

– Ты никогда раньше не рассказывал мне эту историю.

– Не люблю ее вспоминать, – признается он. – В детстве я так сильно восхищался отцом, а теперь меня тошнит от одной мысли об этом.

Я не знаю, как ответить и не думаю, что Ло нуждается в каких-то словах. Между нами снова пролегает молчание. Меня бьет мелкая дрожь, которую я безрезультатно пытаюсь подавить.

– Тебя ломает? – спрашивает Ло, его глаза наполнены беспокойством. – Принести что-нибудь? Вибратор, например?

Да уж, это совсем не неловко.

Я качаю головой, крепко зажмурив глаза. Боль в конечностях усиливается, раздражительность от неудовлетворенности дает о себе знать. Я ощущаю острую тягу. Это напоминает натянутую до упора резинку, которую никогда не отпустят.

– Поговори со мной, – раздраженно заявляет Ло.

– Вибратор не поможет, – отвечаю я, открывая глаза.

– Почему? Батарейки сели?

Мои губы растягиваются в улыбке, хотя настроение совсем не радостное.

– Этого будет… недостаточно. – Ло бросает на меня странный взгляд. – Это как бутылочное пиво вместо бурбона.

Его нос морщится.

– Понял.

Он проводит взором по моему телу, которое моментально нагревается от такого напористого взгляда и даже заставляет меня отвернуться.

– Я собираюсь… перетерпеть этот вечер без секса.